Парни догнали нас через пару часов, отъехавших подальше и вставших на дневной отдых.
— Да, господин норр, здесь это случилось. Один разбойник был убит во время перестрелки. Двоих тяжко ранили и потом увезли куда-то. Господин граф оказался убит и еще шестеро воинов погибли или оказались ранеными. Про эту историю нам первым делом рассказали местные, — рассказывают нам они.
Вижу, что Терек совсем погрустнел, правильно понимая, что ничего хорошего в жизни его старых приятелей дальше не ждало.
Глава 7
Мне хорошо видно, что сам Терек на какое-то время просто впал во внутренние рассуждения на пример того:
— Что случилось бы, если бы его приятели закадычные больше слушали мудрые слова будущего графа Варбурга, а не откровенную глупость свою всем наглядно показывали? Слушали прямо, как отца родного?
Это можно понять в тот момент, когда старый наемник разглядел место, рядом с которым его судьба стала разительно отличаться от того, что случилось вскоре со старыми приятелями.
«Нет, отца родного они ни во что вообще не ставили! Если только кого и уважали, то своего бывшего авторитетного командира наемников? Только контракта между ними не имелось никакого и вообще не вояка был тогда тот же самый электрик, так что напрасные все это все мечты», — понимаю я.
Терек после посещения достопамятной таверны едет прямо с потерянным видом рядом, а на лице мечтательное выражение имеется.
— До чего они могли бы вместе дойти в своем развитии? Если бы выжили в тот раз? Смогли бы унести свои задницы дальше в целости и сохранности? — наверняка, что именно так думает.
Стали бы остальные наемники сами тоже благородными мужами или, как у него случилось, примерно похожие посты при замках занимали?
«Ну, думай, не думай, изменить нельзя уже ничего. Приятели встали совсем-совсем в позу, никак их было не перевернуть со своей точки зрения! — вспоминаю я рассказ графа Варбурга, тогда еще просто охранника Андера. — Да еще на такую тонкую, интеллигентную игру с дворянами, как продумал и устроил будущий граф, они вообще не способны ни разу. Головой думать совсем не приучены оказались, только рубиться и гулять на всю ивановскую».
«Скорее бы вам просто дальше очень сильно мешали, вот и все, что тогда могло измениться в будущем», — думаю про себя.
Думаю, но молчу, потому что не хочу мешать человеку мечтать, тем более человеку очень важному для моей задумки.
С Тереком как-то особенно у меня не получается сблизиться, наемник вообще довольно не разговорчив, и еще держит марку перед своими подчиненными. Только слышу от него — «ваша милость» и все, хотя едет впереди каравана рядом со мной, но постоянно отворачивает лицо от меня в сторону и назад.