Ну, там их могут перевязать две женщины и все, лекарей или фельдшеров-мужчин я не вижу. Похоже, здешней крепости лишние медработники не положено по статусу. Да еще просто сделать они тут почти ничего не смогут.

То есть теперь в строю осталось только семьдесят воинов, еще один такой штурм и все, никакого резерва у людей не останется.

«К вечеру орки могут захватить часть крепости, поэтому лучше я сам приготовлюсь к такому событию заранее. Присмотрю себе что-то из плавающего на воде имущества», — напоминаю я себе.

Ибо спереди и сзади у нас нелюди, можно только по реке уйти из крепости. Правда, с довольно большим риском оказаться нанизанным на стрелу, ведь размеры реки не позволят долго нырять, если степняки окажутся на двух берегах сразу.

'Еще понимаю, придется о себе самому позаботиться, ведь задумка крепостного командования — для меня темный лес.

Мне требуется что-то такое, что можно скинуть со стены или вытащить через дверцу к воде. На чем потом можно продержаться несколько часов или целый день на неспешно несущей свои воды реке.

На что рассчитывают местные командиры — я не понимаю. Поэтому данное непонимание меня очень беспокоит, хотя по сравнению с тем же временем вчера я уже просто счастлив.

«Что смог убить и покалечить уже не одну тварь серо-зеленую».

И еще успею, только теперь меня мучает понятный для недавнего раба, особенно остро все чувствующего на своей личной шкуре, вопрос:

— Какие же у нас всех, в общем, и у меня, в частности, реальные перспективы сражения за крепость?

Орки, примерно, уже потеряли треть своих, только подобные потери никак их не ослабят, чтобы штурмовать форт. Единственно заметно, что они перестали так активно засыпать стрелами стены и внутреннюю часть крепости. Кажется, с подготовленными запасами стрел у них самих серьезные проблемы начинаются.

После переноса тел убитых и раненых меня опять же с теми же мужиками послали собирать валяющиеся в крепости орочьи стрелы и набивать ими корзины. Которые мы заносим внутрь крепостной кузницы, она находится рядом с дверцей, через которую вчера выбрасывали тела орков.

Зачем такое делается — мне опять не понятно. Людям почти невозможно натянуть луки, как используют сильные нелюди, впрочем, потом нас нагружают другой работой.

Мы обрезаем древки пополам так, чтобы на срезе образовывалась щель для использования укороченных стрел в арбалетах стражников. Пока я с Дианилом собираю густо валяющиеся везде стрелы, один из мужиков режет древки и складывает остатки в корзины.

Теперь мне понятно, что подобным образом мы будем снабжать замолчавшие арбалеты новыми болтами, пусть не очень подходящими для стрельбы именно из них.