— Меня зажали. Идите сами! — крикнул я, прячась за несущей бетонной плитой.

— Жди здесь и не высовывайся, мы обойдём! — приказал Филипп, распахнув дверь пожарного выхода. И напоровшись на бойца в балаклаве, выпустившего очередь почти в упор. Препод даже отмахнуться толком не успел, едва шевельнув рукой с зажатым в ней ножом.

Но загорелся золотой символ и в бок врага врезалось невидимое лезвие. Кровь хлынула во все стороны, с торца здания тоже загремели выстрелы, и пули теперь перекрывали нам все пути к отступлению. С каждой секундой враги продвигались всё ближе, нарезая углы и увеличивая область контроля уже внутри здания.

Создав печать, на сей раз её пришлось чертить в воздухе, я ударил волной по двери, и та отлетела от стены и повисла на жалобно скрипнувших ветвях, но в то же время этим я прикрыл себя от перекрёстного огня. Если противники не будут стрелять наобум, у меня есть крохотный шанс. Подобравшись, я стянул со спины рюкзак, кинул его в нужную сторону и тут же прыгнул следом.

Расчёт оказался верен, десятки пуль разорвали сумку в воздухе, но, когда сместились ко мне, я уже пересёк опасный участок и вновь оказался за бетонной аркой. Что есть сил рванул в сторону сжимающего рану Филипа, на ходу подкатился и, схватив его за воротник, потащил в безопасную зону.

Но стоило это сделать, как по ногам преподавателя тут же ударили в два ствола, почти не оставляя ему шансов на выживание. Были бы у меня с собой нормальные средства — стимы, реаниматоры, да хоть те же турникеты, ещё был бы шанс, но под огнём делать их из подручных средств…

— Снимай кофту, — приказал я Сане, бегло осматривая нашего пациента. Безнадёга. А я ещё и оружие в тайнике оставил. Ну хоть телефон теперь всегда со мной. — Ало! Это князь Пожарский, напали на меня и Серебряного. Наш преподаватель ранен. Да, Сочи. У них гранатомёт и автоматы. Когда будет группа поддержки? Когда? Вы издеваетесь? У нас нет пятнадцати минут!

— Я выдержу, — слабо проговорил Филипп. — Затягивай туже.

— Ещё бы, — буркнул я, помогая одногруппнику соорудить из рукавов кофты жгуты. Оглянувшись, увидел спортивные булавы, слишком большие, но достаточно лёгкие, и, просунув их под завязку, начал стягивать жгут.

— Саня, нужно проконтролировать вход, — не отвлекаясь от раны, проговорил я, но парень никак не отреагировал, пришлось повысить голос. — Саня, ты меня слышишь⁈ У тебя боевой символ, контролируй вход, увидишь, как что-то двигается — бей!

— У меня не получится. По куклам-то не выходит…

— Соберись! Чуть сложнее, чем с автоматом, но легче, чем в единоборствах. Просто контролируй тот сектор и… Граната, ложись! — я увидел вкатывающийся зелёный шарик и рухнул на пол, одновременно пытаясь сотворить символ, но уроды рассчитали даже слишком хорошо. Взрыв произошёл через мгновение, столкнувшись с ударной волной, но символ лишь частично отклонил осколки, многие из которых прошли по спине преподавателя, попытавшегося даже в такой ситуации нас прикрыть.