— Я нафига вам жизнь стараюсь спасти⁈ — рявкнул я, понимая, что теперь моя задача скорее из разряда нереальных. — Саня, не спи, если сейчас в двери кто-нибудь сунется нам конец. Просто начинай чертить знак в направлении прохода, прямо сейчас, и держи его почти завершённым, чтобы не сорвался.

— Хорошо, — не слишком уверенно сказал товарищ и, встав на одно колено, начал выводить символ копья ножом.

— Нужно перетянуть раны, зажать их до прихода помощи, — сказал я, стягивая с себя одежду. — Будет больно.

— Оставь. Бегите, — прохрипел Филипп, и мне пришлось отвесить ему пощёчину, чтобы вернуть частичку разума.

— Если собрался на тот свет, то хоть помоги нам.

— Я сделал всё, что мог, — слабо улыбнулся СИБовец. — Простите, ваше выс…

— Серп. Ударь мне по плечу серпом, — приказал я, и увидев лихорадочно безумный блеск в глазах преподавателя, повторил. — Не думай, просто бей серпом. Так надо. Скорее.

— Получай гад! — крикнул в этот момент Саня, запуская едва не сорвавшуюся технику, и почти невидимое золотое лезвие прошило деревянный наличник, судя по крику, зацепив нападавшего.

— Молодец! Так держать! — похвалил я товарища, не отвлекаясь от перевязки. Я заматывал раны Филиппа как мог, но получалось не очень. Так я только продлял его агонию, и если помощь не подоспеет вовремя, если не приедет скорая, ему будет уже совершенно всё равно. Как и нам, без возможности ответить.

— Символ. Начерти его. Направь на меня. Ты меня слышишь, князь⁈ Ударь меня серпом! — затянув ремни как можно сильнее попросил я. И не то боль, не то злость на ситуацию в целом сработали, но Филипп трясущейся рукой взял нож, и создал символ, который и до этого стоял у меня перед глазами. Только теперь, он отпечатался у меня в памяти, хоть пока и не горел золотом.

В этот момент с улицы раздался хлопок и сразу за ним взрыв. Огненная вспышка снесла двери, которые я прикрыл. Я успел начертить символ ладони прямо перед нами. Готовился, но защитить смог только нас троих. Две ударных волны столкнулись в воздухе, и на удивление моя победила, сметя и воздушную преграду, и потоки осколков.

— Чёрт, да нас здесь как в тире расстреляют, — сквозь зубы проговорил я.

Оружия, если таковым не считать ножи, ни у кого из нас не было. Способность Филиппа золотом не загорелась, а лишь нашла своё отражение у меня в памяти и душе. Одна удачная очередь могла отправить нас на тот свет.

И я не собирался отдавать врагу столь лёгкую победу. Подтянул преподавателя ближе к стене, но не впритык, а так, чтобы он не бросался в глаза до того, как противник сумеет войти в помещение. У людей есть привычки. И нарезать себе сектора обстрела — одна из профессиональных деформаций.