— Так, у меня оружия и нет, я вот, с голыми ладонями, — улыбнулся я и показал руки, только теперь меня уже воспринимали совершенно иначе.

— Он у меня на мушке. Разрешите? — сказал один из бойцов, наведя на меня автомат. Три метра. С такого расстояния невозможно не то, что промахнуться, даже если резко упасть профи успеет срезать очередью. Потому что скорострельность автомата составляет шестьсот выстрелов в минуту и совершенно не нужно попадать идеально, главное — зацепить одной из тридцати пуль.

— Я при исполнении и вне вашей юрисдикции, — улыбаясь ответил я, на что Сергей сверкнул глазами.

— И где это ты работаешь, кадет? В милиции? С чьего плеча пиджак и погоны? За то, что представлялся сотрудником правоохранительных органов, тебе тоже придётся ответить, — с мрачным спокойствием проговорил чекист. — Как и за нападение на частных лиц. Граждан. Препятствие правосудию, и многое другое.

— Не раньше, чем буду в вашей юрисдикции. Пока же можете обращаться в дворянский суд, с удовольствием посмотрю на то, что у вас выйдет, — ответил я, не собираясь уходить из лаборатории. — Этот свидетель наш. Наша корова, и мы её будем доить, пока не вытащим все необходимые сведения.

— Юрисдикцию, говоришь, — чекист снял с головы балаклаву и посмотрел на меня с улыбкой безусловного превосходства. — Как насчёт дуэли, князь. Здесь и сейчас. Дуэли на знаках.

— Не смешно, — ответил я, понимая, что ситуация начинает клониться куда-то в неправильное русло.

— Никаких шуток. Раз вы так настаиваете, да ещё и угрожая разрушением лаборатории вместе с персоналом, то почему бы нам не разрешить эту ситуацию один на одни? Нравятся старые порядки? Так будьте последовательны.

— Не считаю, что это будет честно. По отношению к вам, — ответил я, и чекист едва сдержался, чтобы не рассмеяться.

— Меня всё устроит. Только не здесь, тут мы всё разнесём. Предлагаю выйти.

— Охраняй свидетеля и никого к нему не подпускай, — сказал я Сане, смещаясь к выходу. Удивительно, но спецура даже не стала щемить меня в дверях или на проходе. Хотя это было логично и даже правильно с точки зрения профессионалов. В первую очередь — выполнение задачи, а все моральные метания, терзания и честность по отношению к противнику — после схватки.

Но вероятно, они были полностью уверены в превосходстве своего начальника. На чём это базировалось? На его опыте? Может, отличной физической форме или какой-то тайной подготовке? Так или иначе я давно уже приучил себя к простой мысли: никогда нельзя недооценивать противника, а не то он преподнесёт тебе неприятный сюрприз.