«Похоже, с ним нужно быть серьёзным». — Бывший атакующий мысленно отдал приказ своим одержимым, находившимся неподалёку, использовать все оставшиеся запасы его крови, чтобы на как можно большее время отвлечь этих людей. Одновременно с этим он принялся жадно поглощать всю собранную башней силу. Пускай обелиск ещё не до конца отстроен, он всё равно очень высок и собрал достаточно силы, чтобы сделать Кроу по-настоящему сильным.

— Ну, так ты закончил? — с улыбкой спросил старик, словно понимая, что тот мгновение назад делал. — Покажи уже, на что способен молодой тёмный бог.

Вместо ответа Кроу использовал собранную силу и бросил её вперёд, сминая само пространство перед собой и превращая его в хаос. Он уничтожит этого наглеца, а затем захватит его тело, сделав своим одержимым.

* * *

Этот разговор оказался куда сложнее, чем с Оцелотами. Отчасти из-за того, что, в отличие от группы, Юлия была куда больше заинтересована в самой истории моих похождений. А уж знакомство с Алисой и вовсе произвело на неё сильное впечатление, как и информация о том, что у меня вообще есть сестра. И это несмотря на то, что она должна её хорошо знать. В городе М. имелось не так много стихийных медиумов, и я уверен, что Алиса с Юлией до инцидента были знакомы. Хотя бы шапочно. Однако принцесса клана Лепестков словно впервые слышала о ней, с подозрением глядя на меня во время рассказа.

Если бы не радостная встреча молниевой обезьянки и огненного котёнка, которая явно говорила об их давнем знакомстве, Юлия, вероятно, так и не поверила бы мне до конца. Выцветание памяти хоть и остановилось, после того как Алиса покинула золотую школу, но уже сделало достаточно, чтобы большая часть людей, знавшая раньше сестру, забыла о её существовании.

Мой рассказ, как бы я этого ни не хотел, оказался скомкан из-за явной нехватки времени, Лепестки заканчивали с установкой саркофагов, и рейд готовился выдвигаться к обелиску, тем более что раздающиеся возле него магические взрывы явно говорили о всё большей ярости сражающихся сейчас там.

Не скажу, что мне удалось добиться прощения Юлии, да я к этому и не стремился, но к концу рассказа, похоже, ей отчасти стали понятны мотивы моего поступка, за исключением, конечно, молчания. Это было моё решение, хорошее или плохое, но я сделал так, как сделал, и точка.

Алиса, присутствовавшая при всём разговоре, в основном хранила молчание, лишь иногда подтверждая мой рассказ или дополняя его односложными комментариями. К сожалению или к счастью, мне не удалось закончить, когда нас прервало сообщение от Лепестков о готовности проведения ритуала. Тридцать минут, о которых говорил рейдлидер, истекли.