Он инстинктивно прикрылся запястьем, но успел выхватить меч. Я видел, как лезвие свистит в воздухе, целя мне в шею, но моё тело уже ушло вниз, пропуская удар над головой. Я чувствовал, как напрягаются мышцы ног, как разворачивается корпус — это было похоже на полёт во сне: ты движешься, но не управляешь движением, ты падаешь, но не боишься высоты. Моя ладонь нашла запястье противника, пальцы скрутили кисть в идеальном рычаге. Нейра подсказала точку приложения силы, и меч выпал из разжатых пальцев, не звякнув о камни — я поймал его на лету, даже не подумав об этом.

Одновременно с этим моя нога подсекла его опорную, корпус развернулся, и ребро ладони вошло в шею сбоку, туда, где блуждающий нерв залегает близко к коже. Я почувствовал, как тело под моими руками становится тяжёлым, безвольным, и опустил его на землю так же бесшумно, как двух предыдущих.

Всё заняло не больше двух ударов сердца.

Я стоял посреди трёх тел, прислонённых к стене, и пытался отдышаться. Но дыхание было ровным — Нейра контролировала и его. Пульс — спокойный, размеренный. Ни следа той бури, что должна была бушевать в крови после такого рывка.

— Ты как? — спросила она.

Я мысленно выдохнул. Внутри было пусто и чисто, как после долгой медитации. Ни страха, ни азарта, ни даже облегчения…Где-то далеко перекликались патрульные, где-то фыркала лошадь, где-то трещал догорающий костёр. Но здесь, у штаба, было глухо, как на дне закрытой бутылки.

— Как марионетка на нитках… — недовольно буркнул я.

— Зато нитки крепкие, — мягко сказала Нейра. — И они твои. Я лишь тяну, когда ты позволяешь. Теперь их нужно замаскировать.

Я кивнул и наклонился к первому: подхватил его под мышки, приподнял. Тело было тяжёлым и безвольным, но Нейра подсказывала, как распределить вес, куда поставить ноги, чтобы не оступиться. Я опустил его на скамью, прислонил спиной к стене. Его голова упала на грудь, руки бессильно повисли вдоль тела — но в темноте, со стороны, он выглядел просто уснувшим.

Второй сидел ближе к центру. Я поднял его, усадил рядом с первым, чуть подвинув, чтобы сохранить расстояние. Его копьё я вложил ему в руку, прижав древко к плечу, — теперь казалось, что он просто задремал, не выпустив оружия.

Третий, тот, с мечом, сидел у самого угла. Его я усадил последним, прислонив спиной к бревенчатой стене. Меч, выпавший из его руки, я сунул ему за пояс, как носят все стражники, — на место. Теперь, если кто и бросит беглый взгляд, ничего не покажется странным: трое уставших охранников, которые коротают ночную смену в полудрёме.