Даже Ворон — и тот вышел во двор, попыхивая своей трубкой. Мало того, он еще и улыбался! Впрочем, в этом ничего удивительного нет. До того он весь завтрак отчитывал нас за то, что вчера вечером по наводке Геллы был поднят переполох, вследствие которого мы чуть не выломали дверь, ведущую в его покои. Да и выломали бы, кабы на ней не висела магическая защита, которую никто из нас снять не смог. И замок тоже был зачарован, по крайней мере, Фрише, которая довольно долго возилась с ним, позвякивая набором отмычек (замечу, отменно сработанных), сделать ничего не удалось.

В результате, мы отправились спать, осознав, что в данный момент мы бессильны что-либо изменить или выяснить.

А утром наставник обнаружился внизу, в обеденном зале, с тем самым выражением лица, которое Луиза обычно называет «вот теперь нам всем станет очень-очень плохо».

И плохо стало. В это утро каждый из нас усвоил то, что он невероятный невежа, ни в грош не ставящий покой своего учителя, бесцеремонный разгильдяй, плюющий на то, что у других людей тоже есть право на отдых, и, наконец, варвар, позволивший себе повредить дверь работы позапрошлого века, от которой, между прочим, проку больше, чем от нас всех. Она, по крайней мере, всегда знает, что ей надо делать — открываться или закрываться.

А мы — нет!

Правда, после этого он традиционно подобрел и почтил нас своим вниманием, выйдя во двор. И не стал ругаться даже тогда, когда мы, подобно детям, затеяли развлекаться снежными забавами. Точнее — все начал Карл, который сыпанул снегу за шиворот вечно мерзнущей де Прюльи. За нее немедленно вступился Эль Гракх, который, как многими было замечено, в последнее время всегда обнаруживался близ черноволосой южанки. Он лихо слепил снежок и метнул его в Фалька.

Естественно, Карла поддержал Гарольд, после чего на сторону Эль Гракха моментально встал Мартин, и через минуту двор гудел от смеха, воплей и визгов.

Собственно, только Ворон и Аманда не приняли участия в этой забаве. Мессир ди Скорсезе — и тот, хохоча во весь рот, бросался в нас снегом.

Ради правды, Аманды здесь вовсе не было. Она и к завтраку не вышла, оставшись в спальне. Просто лежала там на топчане и смотрела в потолок. Мы пробовали как-то с ней заговорить, но впустую. Нас для нее словно не существовало.

— Эх! — я бросил снежок в Сюзи Боннер и моментально получил сдачу в виде довольно массивного снежного кома, залепившего мне все лицо. — Так нечестно! Магию не использовать!

— Это не магия, — задорно ответила мне Сюзи. — Я его для Фалька берегла, но ты попался под удар первым! Сейчас новый лепить буду!