— В Кракове можно купить листы китайской бумаги и в Риге тоже.

— Да? Ну в Ригу Илья может съездить следующей зимой. А у нас пока только пергамент. Потом пергамент надёжнее бумаги… наверное.

Коська как все нормальные попаданцы хотел производство бумаги освоить, но времени на эксперименты точно не было, всё время воевать приходится, а не прогрессорством заниматься. Вот может этой осенью, как солома появится, можно будет попробовать, ну если опять какая война не начнётся.

— Княже, они не уходят, продолжают в ворота стучать, — минут через пятнадцать опять Яромир нарисовался.

— А Демид где? Я же сказал его позвать, — Коська на ночь планировал артподготовку провести. Импровизированные лафеты готовы. Люди готовы, он сам в душе тоже готов. Без этого урока разговаривать с «братом» не о чем. Кто тут сила нужно показать до разговора, а то он может не в то русло свернуть. Потом уже стрелять не по деревянным воротам придётся, а по живым людям.

— Тута я, княже, — послышался из-за спины воеводы голос каптенармуса, — Нашим пищали выдавал.

— Вот это и хотел сказать. Ты пальни там в воздух из пары пищалей. Поближе к ратникам Андрея этого Фёдоровича. Только в них не попади. Не нужен нам Индо-Пакистанский инцидент.

— Паки…

— Точно. Не нужен. Пальни. Потом расскажешь, чем сердце успокоилось.

Бабах. Бабах.

Вообще кремлик у него дэцильный, побольше, конечно, чем в Менске, но всё одно до настоящего Кремля не дотягивает. Но у этого Фёдоровича всё же меньше.

Да, блин, вот как тут прогрессорством заняться⁈

— Княже там игумен Сретенского монастыря подошёл к воротам. Преподобный Варфоломей посохом в ворота стучит.

— А ратники и князь? — Демид как-то голову повесил.

— Чего?

— Там как стрельнули у воев лошади понесли. Двое упали, по ним копытами прошлись. Утащили их. Нет больше никого.

— Ну, давайте преподобного, послушаем.

Событие тридцатое

Глядя вслед уходящему игумену Коська озадачено чесал затылок нестриженный. Давно пора бы, но здешняя мода, что ли, предписывала ходить с длинными до плеч волосами. Ну, хотя он теперь не в Москве, а тут он законодатель мод. Его обычно Сашка подстригала. Пришлось для этого купить на рынке ножницы. Ну, наверное, это были ножницы. Потом из них Коська попытался сделать что-то похожее на привычные ему. И оказалось, что легче сделать новые, чем перетачивать старые. А точнее — переделывать. Коська нарисовал обычные два конца, два кольца и по середине гвоздик.

— Тонкая больно работа. Я заготовки из того железа, из которого твои ножницы сделаны откую, а потом иди к мастерам, пусть они доделывают, — Игнат за такую тонкую работу не взялся.