— Замечательно, юноша, замечательно, — пожилой пульмонолог злобно оскалился, бросая неприязненные взгляды на усевшихся у стеночки нестройной шеренгой дикарей, для экономии моих сил погруженных в некую дрему. Клиника, в которой работали этот человек и все спасенные медсестры, могла бы сделать честь по своему оснащению крупнейшим госпиталям страны, и рано утром, на момент прихода шёпота была не совсем уж пустой. Ибо олигарх ты там или его любимый секретарь, способный между конкурсами красоты не только кофе подать, но и дебет с кредетом свести в многомиллионном бюджете, а если хочешь получить правильные анализы крови — изволь сдавать её натощак, да и некоторые иные процедуры вроде изучения желудка изнутри, лучше проводить с утра пораньше. И в клинике тоже были относительно слабые и немногочисленные мутанты, которых выживший персонал сумел запереть по кабинетам благодаря автоматическим дверям, управляющимся с поста охраны. Потом кто пошел домой к близким, кто умер от потери крови, кого сожрала карета скорой помощи, превратившаяся в нечто вроде металлического растения-мимика, по счастью не умеющего выдергивать свои стальные корни из бетона…Конец их эпопее положила гоблинская группа захвата, вошедшая в окно и решительно сократившая два десятка выживших до тех шести, которые были наименее опасны и наиболее управляемы. А может просто не такими вкусными казались, ибо сердца убитых зеленокожие съели, причем прямо сырыми.
— В таком случае готовьтесь, мы выдвинемся примерно минут через десять после того как они уйдут… — Я уже собирался было отвернуться от пожилого врача, но неожиданно почувствовал с его сторону сильнейшую вспышку…Страха? Причем страх этот был приправлен стыдом, неловкостью, раздражением и даже некоторой толикой ненависти, причем последние две эмоции совершенно точно были направленными не куда-нибудь, а на меня. — Что? Что случилось и почему вы на меня так уставились⁈
— Юноша…Убирайтесь из мой головы! И больше никогда не смейте читать мои мысли!!! — Сжал сухонькие кулаки старенький пульмонолог и это выглядело бы откровенно смешно…Если бы я не отдал ему печать гвардейца. И пусть она была на грани того, чтобы деградировать еще дальше, но все-таки не сделала этого. И сейчас пожилой доктор, весящий едва ли килограмм пятьдесят, наверняка мог пробить стену ударом кулака, а я стоял от него как раз таки на расстоянии вытянутой руки.
— Меня нет возможности без активного зондирования читать мысли, просто эмоциональный фон непроизвольно чувствую. — Я уже догадался, что происходит, причем без всякой телепатии, но все равно решил озвучить свои подозрения. — Вы не хотите идти добивать гоблинов, так?