Мартынов поморщился, но кивнул:

— Да, хорошо, — произнёс он. — Давайте решим, как мы с вами будем оценивать монстра. Я таких не видел и пока неведомо, что у них есть ценного. Может, и вовсе безделица, даже на мясо не пойдёт, — подмигнул он мне. — Но цену дам хорошую, это уж не сомневайтесь.

Он продолжал свой монолог, а я же пребывал в своих мыслях. Мне не давали покоя два момента. Во-первых, перед всей этой передрягой с тварью было два не очень приятных момента. Первый — это, конечно же, смерть Луизы.

Во всяком случае, я видел, как пуля попала ей под лопатку. Рана эта, вероятнее всего, смертельная. Но её мёртвого тела я не видел. С одной стороны, меня печалило то, что девушка, возможно, мертва — всё-таки жалко её, молодая совсем. С другой же стороны, иначе было нельзя — она потенциальная угроза для рода Пылаевых. А значит, ей было суждено умереть. По крайней мере, оставлять такую угрозу за спиной я просто не имел права.

Ну, об этом я ещё подумаю попозже. Опять же, уверен, в какой-то момент сделают некролог, я смогу узнать подробности. Либо каким-то иным способом узнаю о дальнейшей судьбе Луизы. Ведь, быть может, она ещё и выжила. Не стоит недооценивать одарённых синего уровня.

Второй вопрос, который меня беспокоил — это моя ласка. Там, когда я сидел в вещевом шкафу, мне показалось, что она была совсем вымотана, будто ей не хватало энергии. А когда я провалился в изнанку? Готов поспорить, что так и не увидел белой искорки моего питомца. Успела ли она восстановиться и сбежать из того шкафа? Вдруг она ранена?

И потом, всё время, что я был в изнанке, Белка не появлялась. Сейчас её тоже не было. И внутри зрел страх о том, что я могу потерять столь ценного соратника и друга. Всё-таки, несмотря на то, что ласка появилась совсем недавно, я успел к ней привыкнуть, и даже очень. Она показала себя очень полезной и принесла немало пользы.

Тем временем, Гончаров провел меня через улицу и я сам не заметил, как оказался у просторной лавки. Только и помню, как мы переступили через безжизненное щупальце монстра, а затем он завел меня в полумрак прохладного помещения и усадил на кресло.

— Алена, а ну, неси скорее кофе господину Пылаеву! Живее, живее! Это наш почетный гость. И самый желанный клиент. Ну-ка быстрее давай!

— Конечно, конечно, Андрей Михайлович, бегу, бегу! — Прощебетала девушка.

— И мне тоже, — добавил Мартынов, вошедший следом. — С каких-то пор я перестал быть почетным гостем?

— А ты им никогда и не был, — едва слышно проворчал Гончаров, однако без энтузиазма крикнул вдогонку девушке: — И господину Мартынову тоже кофе принеси!