— В чем суть твоего Пути и где так уровень прокачала? — у Скрипки было довольно своеобразное направление развития, которое я до сего момента не видел.

— Трансмутация. Могу из говна и палок слепить что-нибудь полезное. Немного Артефакторики, немного Зельеварения и Алхимии. Всего понемногу. А уровень… Это история про которую я не хочу сейчас вспоминать.

— То, что ты дала Хадко выпить, сама изготовила?

— Сама, — она кивнула. — Так вот, — Скрипка продолжила рассказ. — Прошла я еще километров пятьдесят, наверное, когда меня Далайцы приняли. Застыла в воздухе, а после люди Седого меня и упаковали. Очнулась уже здесь, на Свободе.

— Седой, это кто?

— Седой… — она поморщилась. — Раньше был смотрящим у зеков, тот еще геморрой ходячий, а после… Я даже описать не могу, кто он теперь. Если про Путь говорить, то он Некр, некромант который. Я когда очнулась на этой долбанной барже, каким-то недоумком Свободой названной, к зекам попала. Фигурой бог не обделил, вот они меня к себе и прибрали, не успели люди Капитана меня перехватить. Натерпелась страху в первый день, вспоминать до сих пор неприятно. И главное не насиловал ведь никто, только Седой рядом стоял да иногда трогал, да не так чтобы помацать, а как будто… Не знаю, силы мои пытался забрать, жизненные, так я думаю. После его прикосновений душу холод пробирал жуткий, я потом еще полчаса в себя приходила. А выбралась из его лап просто, прирезала скальпелем одного из его прихлебателей, меня Далайцы на крест и забрали. Ну а после в свободные пошла, так там и существую до сих пор.

— А Хадко?

— Он здесь уже был, на Свободе. Все время пока я на кресте висела, возле меня отирался.

— Я правильно понял, что здесь на барже существуют три группировки?

— Группа Седого, Капитана и остальные, свободные, мать их за ногу.

— Первые зеки, вторые бывшие вояки?

— Да, все правильно.

— Как такое возможно? Почему они друг друга не перебили? — удивился я.

— Далайцы не позволяют. Морды бить друг другу, это пожалуйста. Главное чтобы смерти не было. Первый раз убьешь кого-то, на крест тебя. А это, Зима, то еще приключение. Они ведь не просто так вешают, они с мозгами что-то вытворяют и когда там висишь, кажется, что с тебя живьем кожу снимают и кислотой поливают, — Скрипка содрогнулась всем телом от воспоминаний. — Второй раз убьешь, тогда уже на кресте двое суток висеть будешь. А это все, Зима, конечная. Мозги с катушек слетают со стопроцентной вероятностью. Проверено, дважды. И перерождение от этого не спасает. Такие вот дела.

Я продолжал задавать вопросы, Скрипка охотно отвечала, а я все никак не мог построить в голове план дальнейших действий. Вмешиваться в местную иерархию я не собирался, у меня другие планы никак не связанные с местным житьем-бытьем. Мне надо сбежать. И вот тут я видел всего лишь два варианта. Либо я ухожу тихо, без свидетелей, либо очень громко, предварительно убив всех Далайцев. Второй вариант мне нравился гораздо больше. Не потому что я такой кровожадный, просто он более выгодный с точки зрения экономического аспекта. Да и поговорка есть одна, очень подходящая к сложившейся ситуации — кто к нам с мечом придет, от меча и погибнет. Ибо не фиг. Вот так вот.