— Ленка сгинь. Башка раскалывается. Ты, вообще, как попала в мою квартиру? Муженёк ревновать не начнёт? — не открывая глаз, пробормотал ехидно.
— Какая ещё Ленка, дурак? Я тут чуть от страха все связи вновь не похерила, а ты… — в женском голосе послышались явные взволнованные нотки на грани истерики.
Нет — это не Ленка, та точно не стала бы беспокоиться.
Превозмогая боль, попытался открыть залитые словно свинцом веки. Получилось.
Мутная пелена постепенно отступала, открывая взору незнакомую комнату.
— Наконец-то, очнулся, — послышалось облегчённо.
Повернулся сначала в одну сторону, затем — в другую.
Никого.
В тот же момент мощный поток памяти хлынул в голову, заставляя вспомнить последние события. Облегчение разлилось по всему телу. Если я жив и нахожусь не в клетке, значит Фарид со своими людьми успел вовремя.
Разбитые губы исказились в кривой улыбке.
— Хватит скалиться? Сигнус, ты меня, вообще, слышишь?
— Да, Синтия, прекрасно слышу, — выдавил из себя и скривился от боли, — Что произошло?
— Понятия не имею. Я, как и ты, всё это время находилась в отключке. Зато могу порадовать. Наша связь полностью восстановилась, а это значит: ты стал полноценным летвиром и можешь пользоваться всеми своими способностями, правда только после обучения, а пока похож на великовозрастного младенца, который не знает, как заставить свою няньку показать сиськи.
— Кхе-кхе, — закашлялся от слов Синтии.
Похоже НЕЙРО сегодня была в ударе.
Стало намного легче, но незнание происходящего убивало радость от осознания того, что остался жив.
Кряхтя как дед и держась за рёбра, попытался сползти с кровати.
— Куда? — рявкнула НЕЁРО.
— На Кудыкину гору. Нужно выяснить обстановку.
Глава 18
Проснувшись в следующий раз, почувствовал себя намного лучше. Боль ещё осталась, но не была такой резкой. Попробовал сесть, но понял — пока не смогу. В комнате, где находился, никого кроме меня не было, поэтому беззастенчиво начал её осматривать. Стены из лепнины темно-коричневого цвета; широкое окно, зашторенное бардовыми шторами; кровать с балдахином, на которой, собственно, я и лежал; широкий письменный стол в углу, маленький шкаф и угловой диванчик — вот и всё убранство данного помещения, но, не смотря на минимализм, комната мне понравилась. Чувствовалась в ней какая-то основательность, завершенность, именно так, в моём понимании, должны были выглядеть апартаменты графа.
Чуть тихий скрип, раздавшийся сбоку, заставил повернуть голову в направлении двери.
Худенькая девчонка, одетая в простое платьице, проскользнула внутрь и на цыпочках прокралась к моей кровати. Попытался вспомнить, где её видел и понял, что это та малышка, жизнью и честью которой шантажировал меня менталист. Прикрыл глаза, делая вид, что сплю.