Не помогло, тело заколотило в ознобе то ли от холода, то ли от выброса адреналина.

Мозг с трудом обрабатывал полученную информацию и никак не хотел мириться с неизбежным.

Самое поганое состояло в том, что примерно через сутки я убедился — комой здесь не пахнет, сумасшествием тоже.

Боль, холод, голод и жажда были настоящими, а значит, вывод напрашивался только один: я попал в чужое тело.

Знать бы еще куда и в какое время?

Не хотелось бы жить в средневековье и подтирать задницу лопухом. Хотя, сначала нужно выбраться из этой камеры.

Как я вообще сюда угодил, точнее не я, а предыдущий владелец тела? Когда меня выпустят или хотя бы принесут еды?

С водой, дело хоть немного решилось. Не сказать, что это был приемлемый вариант, но «на безрыбье и рак рыба». На влажных стенах собирался конденсат, который я с остервенением ловил сухими искусанными губами или слизывал шершавым, заскорузлым языком.

Гадить приходилось тут же, поэтому в камере, где меня держали, стояла жуткая вонь.

Очень надеялся, что моя новая жизнь не закончится, только начавшись. Не хотелось сдохнуть в каменном мешке, так и не увидев чистого неба.

О том, чтобы вернуться домой, не было речи. Я прекрасно осознавал, что прежняя жизнь завершена, мое тело умерло и сейчас находилось либо в морге, либо в двух метрах под землей.

Из раздумий меня вывел щелчок замка.

— Неужели? — пробормотал себе под нос, и поднявшись на ноги, опасливо покосился в сторону двери, — Эй! Есть там кто-нибудь?

Ответом мне была тишина.

Ладно, значит придется проверять самому. Сердце на мгновение замерло свой бег. Глубоко вздохнув и выдохнув, сделал пару шагов, и ухватившись за металлическую ручку, толкнул дверь от себя.

— Ядрен батон! — вырвалось непроизвольно от представшей перед глазами картины.

Больше слов не нашлось, потому как я офигел настолько, что даже потерял дар речи.

Передо мной простиралась… степь, нет — не степь, скорее пустыня, испещренная глубокими котлованами и огромными грудами мусора, достигающими десятки метров в высоту и примерно столько же в ширину, может даже больше. Рядом с котлованами стояли огромные металлические бандуры, хрен знает для чего предназначенные. Куда не кинь взгляд, повсюду было одно и тоже зрелище.

Хотя — нет, вру. Позади меня, длинной цепью тянулись ангары, из которых выходили такие же как я оборванные люди и угрюмо плелись в сторону мусорных куч. Их было много: сотни, может быть тысячи…

Какого хрена? Это что за фигня? Где эльфы, где клыкастые вампиры, заросшие шерстью оборотни, на худой конец — орки и гоблины?

В какой-то неправильный мир я попал.