— Вижу.

— А вон там, — НЕЙРО неделикатно ткнула пальцем, — Выглядывает остаток матрицы.

— Угу. Похоже нам с тобой встретилась сбежавшая из лаборатории тварь. Интересно, здесь много таких?

— Нужно будет выяснить. А ещё понять в курсе ли капитан того, что твари из секретного научного центра бегают по Сирвиге, как у себя дома. Тебе не кажется, что попахивает предательством.

— Ну, этим ты никого не удивишь. На базе есть «крыса», и эта крыса — из наших. Правда менталист, так и не признался, кто именно. Наверное, сам не знает.

— Может быть, — задумчиво протянула НЕЙРО, — Ладно, чего гадать, лучше скажи, как будем добираться до твоего графства?

Посмотрел на бедную Сарзу, которая уже не подлежала восстановлению и понял, что придется топать пешком.

Фигово, но других вариантов я не видел.

— Тихо, — приложив пальчик к пухлым губам, — прошептала Синтия, — Прислушайся.

Глухое стрекотание отчетливо долетело до моих ушей.

— Не-еет, — простонал я, — Ты шутишь? Опять скорпион переросток?

— Вряд ли, больше похоже на жужжание.

— Пожалуй, ты права, и знаешь — это жужжание не сулит ничего хорошего, — кивнул в сторону черной точки, которая приближаясь, очень быстро увеличивалась в размерах.

Большая, метра полтора в длину, на нас летела пчела-переросток.

— Меняй батареи! — крикнула НЕЙРО, а сама ринулась по направлению к летающей твари, — Я отвлеку эту «жужелицу»!

Рванул в Сарзе, вытаскивая ПАЛ и быстро заряжая.

Когда обернулся, увидел странную картину. Огромная пчела мирно опустилась на землю, сложив крылья, и не стремясь напасть, наоборот, она с каким-то нездоровым интересом (не гастрономическим) рассматривала Синтию.

— И что это значит? — произнес шёпотом, делая аккуратный шаг в направлении монстра и держа ПАЛ на изготовке.

— Что пред нами ещё одна искусственно выведенная особь, причём с зачатками интеллекта: слабыми, конечно, но этого мне вполне хватило, чтобы взять её под контроль.

— Вот сейчас точно не понял. Фарид говорил, что подчинить монстров невозможно, на них не действует ментальное воздействие, потому как оно направлено на разум, а твари действуют на голых инстинктах, полностью отключая мозг.

— И чего ты тогда спрашиваешь, раз сам ответил на свой вопрос.

— Погоди, — я на мгновение застопорился, — Пчела полуразумна, а значит…

— Она результат удачного эксперимента. Обычно твариподавляют нейросети, не давая им воздействовать на своего носителя, а здесь — как-то удалось вытянуть на поверхность примитивный разум и установить взаимодействие. Правда контролирующего звена у неё нет, так что наша пчёлка, вполне себе свободна в передвижениях.