Она ещё что-то прокричала, внезапно развернулась спиной и, нагнувшись и высоко задрав подол, показала нам голую жопу.
Проверещав ещё что-то сердитое, женщина опустила подол и резво скрылась в лесочке.
— Что делать теперь будем? — опять спросил Хвощ и все взгляды уставились на меня.
— Может обратно выкопаем? — предложил Яша.
— Там семена останутся, в земле, — не согласился Хвощ.
— А если глубоко копать? — запустил пятерню в волосы Яша.
— Хоть бери да бетонируй теперь эти грядки, — потёрла слипающиеся глаза я.
Глава 16
— Что за дебош ты устроила в городе, а, Горелова⁈ — Бармалей говорил вроде тихо, но меня проняло аж до печёнок. — Почему мне звонят из ГУВД со странными вопросами⁈
Я вздрогнула, а Бармалей уставился на меня колючим взглядом. Вид у него был донельзя сердитый, еле сдерживаемый гнев плескался в глазах:
— А я тебя, между прочим, отпустил в город под свою ответственность! Под свою, Горелова! А ты что там натворила⁈ Кстати, а что? Рассказывай давай!
Я опустила голову и потупилась. А что мне было говорить? Не буду же я рассказывать, что огород той вредной тётке мы-таки залили бетоном? И не только ей. А ещё заодно три огорода её предприимчивым соседям. Которые тоже позарились на дармовую «морковь» за две бутылки первака. Будут теперь у них собственные танцплощадки прямо посреди огородов. Потому что я не представляю для чего ещё можно использовать эти неравномерно забетонированные участки.
— Я тебя на сколько отпустил в город, Горелова? — свистящим шепотом продолжал обличать меня Бармалей, — на сколько, а?
Я молчала. Сидела, не поднимая головы.
— Молчишь, да? Правильно, молчи! А отдуваться за тебя перед Ледковым должен я⁈ — взорвался Бармалей, — ты у следователя, между прочим, в подозреваемых числишься! Александр Владимирович по-человечески закрыл глаза на твою отлучку в город! Пожалел тебя, убогую! В больницу отпустил! Швы снять! Швы, Горелова, швы! А ты что сделала⁈ Поставила весь город на уши! Его же теперь из-за тебя туда вызвали! Из-за тебя, Горелова!
Уши мои заалели.
— А мы, Горелова, из-за тебя четыре лишних дня торчим в Кедровом! Я людей на работу принял! Шесть человек! А они теперь вынуждены тут торчать! Из-за тебя! А их кормить надо, Горелова! И проживание оплачивать! Это из чьего кармана будет, а⁈
Я опустила голову ещё ниже.
— И пока благодаря тебе, Горелова, я тут прохлаждаюсь, в отряде, между прочим, чёрт его знает, что, может, происходит! И я уверен, что вся работа стоит, пока мы здесь! А вегетация, между прочим, короткая! И вот с кого потом спросят! А⁈ С кого⁈ Что мы в отчёте писать будем, если всю работу не сделаем⁈