Именно поэтому Митяй и направился в Алексиевск. Ему очень хотелось попробовать, что же это за чудо такое, карбонат из мяса Стеллеровой коровы. Про целебные свойства её молока он уже знал и пробовал его на вкус. Хотя Лёха и умолял его погостить с семьёй несколько недель в его дворце, он задержался всего на три дня и вскоре, оставив экипаж «Виктории» и команду ведлов-исследователей в Алексиевске готовиться к долгому путешествию, посадил своё семейство на самолёт и повёз домой. Летел он через территорию Ирана сначала курсом на высочайшую вершину хребта Эльборус — вулкан Демавенд. Трижды облетев его по кругу и запечатлев на память, он повернул на запад, пролетел над тем местом, где в его время находился Тегеран и через высокогорное ущелье полетел к Каспийскому морю. Погода стояла замечательная, на всём пространстве от Дона до Аравии на небе не было ни единого облачка, в общем лети себе и посвистывай. Правда, когда Митяй пролетал через Тегеранский коридор, на него, вдруг, на несколько минут нахлынуло что-то непонятное. Мысли в голове замелькали с нечеловеческой быстротой и он не то что бы вырубился, а просто почувствовал, что его несёт какой-то непонятный поток. Однако, при этом он испытывал не страх, а какую-то эйфорию, но всё же испугался этого неожиданного ощущения то ли всемогущества, то ли ещё чего-то подобного, но оно быстро исчезло и течение мыслей пришло в прежнее, неспешное состояние.

Вскоре показалось Каспийское море, просто невероятно густой синевы и Митяй взял курс на устье Куры. К его радости и полному удовлетворению, Стеллерова корова прижилась уже и там. Её успешно разводили в эстуариях рек Кура, Терек, Кума и особенно в много в Астраханском эстуарии и везде для этих животных люди высаживали водяной топинамбур, листьями, стеблями и огромными клубнями которого питались уже практически речные коровы. Ведлы-животноводы делали всё, чтобы эти животные привыкли к солоноватой воде, а их коллеги-агрономы постоянно работали над созданием всё более и более быстрорастущих сортов водяного топинамбура. Всё бы хорошо, но в Астраханском питомнике для Стеллеровых коров пришлось построить большие, отапливаемые лагуны, в которые их переводили на зиму. В общем этому доброму, доверчивому и ласковому морскому гиганту уже не грозило истребление. Правда, больше, чем у половины самцов была всё же незавидная участь. Их кастрировали и затем переводили в специальные лагуны, где обильно кормили и ухаживали за ними, как за особами королевских кровей, но лишь с одной единственной целью, устроить им напоследок неделю совершенно райской жизни и затем, погрузив в глубокий сон, безболезненно умертвить. Однако, продолжительность жизни Стеллеровой коровы была достаточно велика, так что даже у самцов, откармливаемых на мясо, она не грозила быть очень уж короткой. Увы, но такова участь любого домашнего животного. Зато теперь ничто не грозило Стеллеровой корове в местах её прежнего обитания. Её взяли под надёжную охрану.