Митяй выслушал рассказ Антона, улыбнулся и сказал:

— Ничего, Антон, потерпи немного, всего чуть-чуть, вот заложим мы новый город на Кубани, построим в нём большой порт и верфь рядом с ним, и тогда парни Игната тебе особый корабль построят, такой, что все четыре твоих нынешних кораблика у него на палубе поместятся. Строиться он, конечно, будет года два, а то и все три, и двигатель для него нужно будет особый сконструировать, газотурбинный, зато сможешь ты на нём, Антон, по морям плавать и тогда, братко, отправимся мы с тобой сначала в Азовское море, потом в Чёрное, а потом выйдем в Средиземное, переплывём через него и доплывём до самой Африки.

Антон покрутил головой, поцокал языком и ответил:

— Да, я только об этой Африке и мечтаю, Митяй, а ещё об обоих Америках. А можно я тогда этот корабль Ириной назову?

— Конечно можно, Антоха. — С улыбкой ответил Митяй — Более того, я специально для твоей Иришки припрятал бутылку шампанского, чтобы она её об борт твоего самого большого корабля на счастье разбила и нарекла своим именем.

После этого разговора Митяй облегчённо вздохнул и уже совершенно спокойно дрых до самого Дмитрограда, лишь изредка вставая, чтобы поесть и сходить до ветра. Таким образом он набирался сил перед подготовкой к очередной экспедицией, в которую собирался отправиться в конце мая, а до того дня ему нужно было переделать множество важных дел. Вскоре они доплыли до пристани его дважды родного города. Корабли встречало почти всё население города. После не самой продолжительной суеты и суматохи, обычной спутницей таких встреч, он тихонько улизнул из-за праздничного стола вместе с Таней, чтобы убедиться в том, что Антон его не надул. Из своей спальной они вышли только к полудню, жутко проголодавшиеся. В доме, кроме Ольги и младших детей, никого не было. Пообедав, они тоже смылись, Таня потащила его на завод, показывать новый электрический генератор, почти в трое больше прежнего, для которого уже начали строить здоровенное водяное колесо шириной в двадцать метров. Да, эта махина в скором времени должна была обеспечить электричеством весь город. Вот тогда жизнь в нём станет совсем замечательная.

Митяй провёл совещание с Игнатом и тот успокоил его на счёт новой техники, которую он сможет взять в большую экспедицию на Урал, а она именно такой и задумывалась. Чтобы не терять понапрасну времени, он решил не спускаться по Кубани до Азовского моря, а ехать через степи прямиком до Волгограда и уже по Волге подниматься до Самары, а там, по реке Самаре, постараться подобраться как можно ближе к Уралу и плыть вверх по этой реке до самого Магнитогорска, чтобы потом доехать до верховья Чусовой и уже там решать, как возвращаться домой. По пути на Урал он решил заложить ещё три города, тем более, что они могли отправиться туда на двенадцати Больших Шишигах с двенадцатью же колёсными баржами на налыгаче. Как раз получалось по четыре баржи с грузами на каждый город и ещё по три Шишиги в придачу. Один из городов нужно было обязательно заложить где-то в районе Оренбурга, чтобы ведлы смогли поднять там из-под земли нефть, построить нефтеперегонный завод и обеспечивать все три города, первый желательно поставить на Волге, а про второй и говорить было нечего, — Магнитогорск, на реке Урал. Главное, чтобы там жили люди, это самое большое богатство, которое он хотел поскорее прибрать к своим рукам, а всё остальное было уже делом сугубо ведловской техники и никаких тебе чудес.