У него вообще было много всего, связанного с философией в словах, и порой смысл того, что он мне сказал, доходил до меня только спустя время, вот в такие вот моменты. Сейчас я был полностью погружён в свою тренировку и видел вместо макивары противника, которого я должен победить.
Противник попался пусть и не сильный, но очень умелый в обороне, и мне всё никак не удавалось преодолеть её, чтобы добраться до него. Удар шёл за ударом, но мой противник всё ещё продолжал держать удар и будто насмехался над моими попытками. Я настолько поверил в это, что и сам погрузился в ярость. Причём ярость холодную, когда голова продолжает соображать как наносить удары с наибольшей эффективностью, но в теле полной энергии, которую оно требует выпустить наружу.
Удар, ещё удар. Постепенно канаты, что обматывали деревянный столб для смягчения удара, размочаливались всё сильнее. До того как я приступил к заданию, порученному мне мастером Дорном, такие удары, скорее всего, уже заставили бы мои руки кровить, но теперь ударная поверхность моих кулаков была набита до такой степени, что подобное было лишь небольшим неудобством. Кажется, что это фантастика, но, действительно, кожа на руках стала более устойчивой к повреждениям и максимум, что сейчас можно было увидеть — покраснения, но никак не царапины или даже стёртую кожу.
Вместо рук всё больше страдали канаты, и в конечном итоге я не только разорвал часть канатов очередным ударом, но ещё и ударил так, что мой кулак промяли верхние слои дерева, оставив там внушительную вмятину.
Это действие выбило меня из моего состояния, и я с некоторой толикой удивления посмотрел на дело своих рук. Причём буквально, м-да.
Как-то после того куска скалы, что принёс мне мастер Дорн, подобная макивара оказалась даже не слишком сложной. Глядишь, так дойду до того, что буду пробивать её насквозь. Когда-нибудь, ага.
— Ничего себе! — уважительно присвистнула Кайна, которая, оказывается, находилась в этом же зале. — Ты чего так разозлился на бедную макивару?
— Немного увлёкся, — смущённо почесал я затылок.
— Ну-ка, дай руку, — требовательно произнесла девушка и, не спрашивая моего разрешения, стала ощупывать правую руку, которой собственно и был нанесён последний удар. — Похоже, ты всё же не такой неумёха, как я думала, — задумчиво произнесла она, а затем глаза брюнетки азартно блеснули: — Сразимся!
Глава 12
— Сразимся! — твёрдо произнесла Кайна, даже не спрашивая у меня, а хочу ли я этого.
— А если я откажусь? — наконец-то вырвав руку из её цепких лапок, спросил я.