– Я знаю о двенадцати. Возможно, нас больше, дети со способностями появляются время от времени, я в эту часть жизни Пубира давно не лезу. Предпочитаю держаться подальше. Но если говорить о двенадцати, то после того, как выбыла Клеро, нас одиннадцать. Если, конечно, еще кто-нибудь не отбросил копыта.

– Вас десять, – помолчав, произнес Мильвио, и все посмотрели на него непонимающе, а он ткнул пальцем в рубашку, под которой скрывался свежий шрам. – Полагаю, мне оставил его кто-то из твоих друзей.

– Сомневаюсь, что кого-нибудь из соек я могу назвать другом. Впрочем, как и в том, что ты встретился с кем-то из нас. А уж тем более прикончил.

– Не ты ли совсем недавно сказала мне, что вся жизнь состоит из случайностей, сиора? Мне повезло, а ему – нет.

– С чего ты решил, что встретился с сойкой, Фламинго? Может быть, это был просто хороший фехтовальщик?

– Одно не исключает другое. Он действительно оказался очень хорош, хотя по первому впечатлению этого не скажешь. Вот тебе и верность поговорки, что внешность бывает обманчива. После того как я узнал, кто ты, начал думать о том бое. Фэнико должен был разрубить человека на две половины, но прошел сквозь него без всякого вреда и… – Южанин театрально развел руками. – Меня спасла кольчуга.

Лавиани прищурилась и внезапно спросила:

– Как выглядел твой противник?

– Ниже меня. Толстяк с неприятной улыбкой.

Тэо присвистнул.

– Что? – не поняла Шерон.

– Посмотри на лицо нашей общей знакомой. По нему все ясно без слов. Мильвио, старина. Ты действительно победил сойку. В настоящем бою.

Лавиани мучительно размышляла, глядя в только ей видимую точку, расположенную над правым плечом треттинца. Затем тряхнула головой, точно отгоняя наваждение:

– Кажется, теперь я понимаю, почему крошка Клеро была одна. Фламинго, ты либо везучий сукин сын, либо не так прост, как кажешься. Пожалуй, я буду еще внимательнее присматривать за тобой.

Он с обворожительной улыбкой отвесил ей легкий щегольской поклон:

– Я весь внимание, сиоры. И спешу заметить, что больше не горю желанием встречаться в бою с такими, как ты. Слишком уж вы утомительные противники – сойки.

Мелкая кудлатая собачонка выбралась на грязную дорогу, увидела путников, несколько раз копнула задними лапами, а затем, подняв длинную морду к небу, тоненько залаяла, подпрыгивая на одном месте.

– Эк ее распирает, – с уважением сказала Лавиани. – Кажется, вот-вот оторвется от земли. Дикая какая.

– На ней ошейник, – заметил Мильвио.

Шерон подошла поближе, сказала ласковым тоном:

– Иди сюда, мой хороший. Мы не обидим.