Сказал он это без грусти и всякого сожаления, словно о чем-то незначительном и неважном.

– Ты как будто рад этому. – Шерон внимательно следила за лицом Войса.

Тот улыбнулся совсем как мальчишка:

– Чтобы понять, как я все это ненавижу, мне следовало прожить бесконечно долгую жизнь и увидеть все последствия наших поступков. Случившееся – вина волшебников. Если бы Шестеро смогли договориться с асторэ, если бы не было войны с Вэйрэном, если бы Скованный не боялся людей с кровью как у Тэо… Так много «если», сиора. Мы загнали человечество на обломки, уничтожив тысячи жизней из-за своего страха или жажды мести. Никому из нас нет никаких оправданий, и магия, что делала это, исчезла не зря. Тион поступил мудро, совершил самый смелый из своих подвигов, уничтожив волшебство.

– Что с ним случилось?

– Отказавшись от высшего волшебства, он отринул от себя безумие той стороны. Но… Тион не очень-то рвался жить. Арилы больше не было, месть закончена, смысл существования потерян. Мы стали обычными людьми. И… для него это оказалось непросто. Сказка, свидетелем которой я стал… конец у нее грустный.

– А это? – Пружина обвел рукой усыпальницу. – Как ты построил ее без магии?

– Ее растили эйвы. Я лишь создал памятник. Тело Арилы мы так и не нашли, я не смог похоронить их вместе. Пусть хоть так.

– Но…

Он рассмеялся, понимая, что мешает Тэо поверить.

– Никакой магии, приятель! Клянусь! Мои руки умеют держать не только меч, но и резцы. Было много свободного времени, и я создал ее такой, какой помнил. – В его голосе проскользнули нотки старой, почти забытой боли. – Впрочем, это не первое ее изображение. Благодаря другому ты получил метку той стороны.

– Статуэтка, которую я нашел в карьере?!

– Ты не должен был ее найти. Это перчатка Вэйрэна, которую Тион забрал у Скованного. Причина начала Войны Гнева. Причина смерти Арилы. Тион подозревал, что у него не получится ее уничтожить, а потому переплавил часть древнего доспеха, и вместе мы создали прекрасное. Никто не должен был ее найти. Тем более асторэ. Возможно, один из последних на земле.

Акробат вздохнул:

– Надо полагать, что ты нашел меня благодаря ей?

– Я нашел тебя гораздо раньше, – улыбнулся Мильвио. – На свадьбе горного герцога, когда услышал, что один безумный юный акробат решил повторить достижение Тиона и пройти над водопадом. Тогда я и понял, кто ты на самом деле. Я запомнил тебя, мы встречались в Рионе, когда ты ответил отказом герцогу и не вступил в его труппу. А затем еще раз, в Карене, три года назад. Наблюдал ли я за тобой? О да.

– Зачем?