— Вроде не такой сильный, — подвела итог Айви.

— Твари в принципе поодиночке проблем не доставляют, — хмыкнул я, двигаясь вперёд по проходу.

По пути пришлось самостоятельно собрать выпавшие с врага люминаторы и ресурсы для репликатора.

Неспешно дошёл до конца, выглянул.

Из стандартного: классический кинозал с множеством рядов кресел и большим экраном перед ними. Из необычного: треть зрительских мест была занята знакомыми мне кожа-кости. А над их головами по дежурной траектории кружили ещё четыре «кинокамеры».

— Спят, — шёпотом объявила Айви.

— Сначала с летунами разберусь, — свёлся я на первом противнике.

Новенький мифический прицел красными точками подсказал мне, где находятся уязвимости у целей. Причём у всех это были совершенно разные места. У кого-то это был объектив, у другого — один из двигателей, у третьего — какой-то биоотросток.

Переключил на одиночные. Открыл огонь.

Ближайшая ко мне «кинокамера» потеряла дар к полёту после первого же выстрела. Следующая устремилась вниз уже через пару секунд. Третья оказалась попроворнее и успела ударить мне в глаза слепящим фонарём. Против последнего мне хорошо помог второй уровень зрительной системы. Как выяснилось на практике, тот помогает не только при переходах из светлых участков в тёмные (и наоборот), но снижает эффект ослепления от прямых световых лучей.

Трижды утопил спусковой крючок, стреляя прямо в фонарь. И вот «кинокамера», кружась, как подбитый истребитель, устремился в сторону белоснежного экрана.

А вот последний летун таки успел в меня выстрелить. К счастью, я вовремя сменил позицию и тем самым избежал появления непредусмотренного отверстия в своём теле. И уж после этого отправил на нештатную посадку последнего летающего гада.

Всё это произошло так быстро, что первая подбитая «кинокамера» грохнулась на голову одному из зрителей в тот момент, когда был подбит четвёртый.

— Ой, проснулись, — приставила Айви ладошку, будто удивлялась этому.

— Мы разве обещали не будить их? — быстро обновил я магазин автомата. — После смерти выспятся.

Один за другим кожа-кости начали покидать свои места. Все они были медлительными, их одеревеневшие тела хрустели от каждого движения и рассыпались в труху от попаданий из штурмовой винтовки.

Айви прилежно отмечала для меня наиболее приоритетные цели. Среди таких в основном были зрители с крайних мест.

Чтобы не оказаться в ловушке, я двинулся медленным шагом в сторону экрана по лестнице. Её ступени были широкими и неудобными, что, впрочем, было мне на руку. Ведь неуклюжие кожа-кости, постоянно оступались, будто не понимали, что такое ступени.