— Удобная позиция, Марат, — заметил я.

— Жизненная, дружище! — поправил он.

— Смотря для кого… — заявил я.

Его люди за спиной переглянулись, но не проронили ни слова. Только одни тип, здоровенный, как шкаф, шумно кашлянул. Тут на лестнице показался Карл. Сонный, растрёпанный, в старой футболке с вытянутым воротом. Он спускался, потирая глаза, увидел Марата с его людьми и замер. Лицо его побелело, глаза расширились, челюсть отвисла.

— Здарова, малой, — сказал Марат. — Ты чего такой бледный? Заболел что ли?

— З-з-здрасти… — еле слышно ответил Карл. — Д-д-да нет, вроде… Не б-б-болею…

Он стоял, вцепившись в перила. Я видел, как дрожат его колени.

— Ты на кухню собирался? — спросил я. — Ну, проходи.

— Х-хорошо, — Карл быстро закивал и скрылся.

Я вздохнул.

— Подождите здесь, — сказал я Марату. — Я сейчас вернусь.

— Да мы никуда не спешим! — он развалился на стуле ещё удобнее. — Сигарету можно пригубить? Или у вас тут не курят?

— Увы, у нас тут не курят, — ответил я.

— Понял, тогда потерплю.

Я зашел на кухню, где в это время был Карл.

— Эй, иди сюда. — позвал я тихо.

Парень подошел ко мне

— Что ты знаешь об этом человеке? — спросил я.

— Ничего… — быстро сказал он.

— Карл, я же знаю, когда ты врешь. Говори всё, что знаешь.

— Я… — он сглотнул. — Это Марат. Он… он криминальный авторитет… Знаете, занимаются всяким…

— Понял, примерно так и думал, — сказал я.

— Максим, вы только не связывайтесь с ним… Он опасный… У вас и так после дела Газовых появились враги в городе…

— Не бойся, — я похлопал его по плечу. — Я справлюсь.

— Вы не знаете его! Он…

— Справлюсь, — повторил я твёрже, а затем мягче добавил. — Сказал же.

Я вышел с кухни и спустился в холл.

Марат сидел всё там же. Его люди не двигались, только переминались с ноги на ногу.

— А вот и я. Извините, Марат…. — сказал я, вставая напротив него. — Но я вынужден вам отказать.

Марат заметно напрягся.

— Чего ты сказал? — недовольно протянул он.

— Чего именно вы не услышали? — в ответ спросил я.

— Да нет, я всё услышал, но не понял. Я же тебе ещё ничего толком не предложил. Хорошие условия, называй сумму, согласуем. Бабки не проблема!

— Я услышал всё, что мне было нужно и уже принял решение, — продолжил стоять на своём я.

— А кто тебе сказал, что ты можешь мне отказать, фраерок?

— Я сказал это себе сам, — твёрдо ответил ему я. — У меня есть определенные принципы, и, исходя из них, я вынужден вам отказать.

— Твои принципы? — он усмехнулся. — Ты думаешь, что твои кошачьи зрачки позволяют тебе так со мной разговаривать?

— Дело не в зрачках, — ответил я спокойно. — Дело в совести.