— Еще рано. Ты к Ортону?

— Не будем тревожить мастера. Я хочу приготовить ему завтрак!

— Хм, у нас и продуктов нет особо…

— Об этом я не подумала... Сейчас сбегаю до магазина!

Девушка редко тратила пособие стража, а за патрули ей капало прилично. Она сходила до продуктового супермаркета рядом с академией. Приобретала только самые дорогие, элитные продукты. Для мастера ей ничего не было жалко. Даже заниматься домашними делами и походом до магазина было приятно, когда она думала, что мастер ее похвалит. Наверное, нечто подобное чувствуют любящие жены, только в ослабленном виде.

Девушка когда-то умела готовить простые блюда, но после интенсива с экстрактом ее вкусовые рецепторы претерпели изменения. Она перестала заниматься готовкой и растеряла прежние навыки. Случился небольшой конфуз на кухне, в результате которого продукты подгорели, а плита закоптилась. Из-за ее оплошности проснулся мастер. Он был явно недоволен случившимся, от чего у Агаты сжималось сердце. Но все-таки мастер не запретил ей готовить в будущем.

Фурия следовала за Ортоном повсюду, не обращая внимания на взгляды окружающих. Однако затем мастер распорядился отправиться каждому по своим группам. Мастер учился на втором курсе, тогда как Агата на третьем. Девушка подумала, нельзя ли ей остаться на второй год? Это должно быть не сильно сложно. Тогда она сможет находиться рядом с мастером чаще.

Пока что Агата последовала указанию мастеру и направилась в свой класс. Науки ей давались достаточно легко, но последние годы она много пропускала. Сейчас, когда ярость ушла, ей даже стало слегка стыдно за то, как она вела себя с червяками-преподавателями и червяками-сокурсниками.

Когда она вошла в кабинет, все шепотки стихли. У окна все места были заняты, но девушка скинула чьи-то вещи на пол. Фурия должна быть готова прийти мастеру на помощь в случае необходимости. Через окно будет быстрее всего долететь до его класса.

— Че за ... ?! — завопил парень, увидевший сброшенные на пол вещи.

Агата одарила его безразлично-убийственным взглядом.

— Фурия?! — удивленно проговорил он. — Могла бы и попросить… — промямлил он и, подняв свои вещи, пошел искать другое место.

— Линдстром, давно тебя не было видно, — подошла к ней староста класса. — Ты ведь не будешь нам срывать уроки снова?

— Нет. Это бы бросило тень на мастера… — помотала головой Агата.

— Хм, даже червяком не обозвала? — удивилась староста. — Похоже, Преображенский преобразил тебя до неузнаваемости. Чудеса…

С педантичной точностью, за несколько секунд до звонка, в кабинет вошел их преподаватель истории — тщедушный старичок, являющийся олицетворением слабости в глазах Агаты.