— ..."Поступил сигнал из банка Развитие, Черемушкина, 16. Вооруженное ограбление, возможны аномалии"… — выхватил я из сводок по рации.
Я взглянул на знак на стене дома, чтобы убедиться. "Черемушкина, 29", — гласил индикатор.
— О, слыхал? Где-то здесь происходит ограбление! — проговорил я воодушевленно.
— Мы не на дежурстве, поэтому нам нельзя вмешиваться… — проговорил Очкастый назидательно.
— Правильно, нечего гуру лезть в пекло. Знатный пойдет один!
— Что… Стой!
Глава 3
Бережной пытался мне что-то доказать, но я его стенания слушать не стал. Быстро сориентировавшись, я направился в сторону озвученного дома. Возле высокого здания с величественным фасадом образовалось пустое пространство, свободное от людей. Зеваки прятались поодаль, с интересом ожидая развития ситуации. Были и те, кто благоразумно разворачивался и шел прочь, но оставались и любители экстремальных видов досуга. Смотреть на разборки адептов может быть весело. У нас проходили периодически турниры, выявляющие сильнейших бойцов. Народу на стадионы набивалось тьма.
Я протиснулся вперед и стал с интересом наблюдать за обстановкой. Народ расступился, увидев мой геройский костюм. Кто-то даже достал небольшое устройство, называемое телефоном, и принялся наводить на меня. Покопавшись в разрозненных воспоминаниях Преображенского, я понял, что меня снимают на камеру. Движущиеся картинки затем можно будет передать другому человеку и даже показать через массовую штуку для оболванивания под названием телевизор.
Первыми прибыли полицейские. Они перекрыли улицу и отодвинули зевак вглубь улицы. Адепты задерживались.
— Очередной героишка, — презрительно обронил служитель порядка при виде меня. — Без вас разберемся. В сторону!
— Захлопни пасть, смерд. Знатный останется там, где считает нужным, — не менее презрительно обронил я.
— Вот поэтому вас и считают зарвавшимся мудачьем, — тихо произнес он, сплюнув.
Меня же трогать не стали, разрешив находиться неподалеку от входа в здание. Очкастый не стал рисковать и отошел вместе с толпой. Судя по оброненным словам, у обывателей-полицейских к стражам отношение было не самым добрым. Вот поэтому простолюдинов следовало держать в строгости. Они должны молча исполнять свой долг и не выпендриваться, тем более перед знатью.
— Судя по донесениям, внутри группа из Браконьеров, — поведал Очкастый по рации. — Будь осторожен. Они используют аномалии.
Только я хотел спросить, что конкретно местные подразумевают под этим словом, как обстановка резко изменилась.
— Всем назад! — прокричал мужчина в маске, высунувшись с окна пятого этажа здания. — Иначе заложникам конец!