За последним трупом возвращаться не пришлось: его выволок из вагончика Григорий. Да, лихо оператору горло вскрыли — от уха до уха. Боялись, что лишнего расскажет? И правильно, думаю, боялись.

— Начинай, — поторопил Конопатый Мельникова. — Время…

— Как? — сунул тот ему под нос забинтованную кисть.

— Инструмент, — помрачнев, резко бросил Григорий.

— Держи, — дядя Женя протянул ему металлический штырь, заостренный с одной стороны и с капелькой рубина на тупом конце, и вытащил из сумки еще один точно такой же.

Странные штыри. Сразу и не поймешь — литые, кованые или полые внутри. И вроде как канавки ближе к острию начинаются.

Гриша перевернул труп владельца «крыла бабочки» лицом вниз и широко размахнувшись, с хрустом пробил штырем затылочную кость. С противным скрежетом железяка зашла в голову почти на две трети. Забрав второй «инструмент», Конопатый спокойно повторил эту процедуру с оператором.

Ничего не понимаю. Сразу пришло на ум еще одно частенько употребляемое Селиным выражение: «Все чудесатее и чудесатее». Лабораторию мы обнаружили. Всех перестреляли. Производство мозговертов остановили. Задание выполнено? Выполнено. Или у наших действий есть еще одна, скрытая от простых исполнителей цель? Что это за манипуляции такие? Зачем эти два патологоанатома-любителя черепушки крошат?

Вот это уже вообще ни в какие ворота не лезет. Не анализы же им делают! Единственное, что могу предположить, — из мозгов мертвецов считывают какую-то информацию. О такой технологии мне слышать не доводилось, но наука не стоит на месте. Вот и медиумы на извлечении информации из мертвецов уже собаку съели. И пусть они о духах мертвых сказки рассказывают — мы-то знаем, как такие дела делаются.

Но какая информация могла заинтересовать Дружину? Самое очевидное — это явки и пароли. А зачем тогда оператору черепушку дырявить? Или все-таки на самом деле нашей целью была технология производства мозговертов? Инструмент-то нужный до выхода из Форта заготовлен был.

Но Гриша считал, что мы — отвлекающий маневр… Или Ильей так все и планировалось с самого начала? Кто его знает…

Мигнув, загорелся рубин на штыре, вбитом в голову оператора, а вскоре и второй камушек принялся неярко мерцать. Григорий легко скрутил с концов штырей короткие цилиндрики и убрал их себе в карман.

Голова пухла от вопросов, и я решил не забивать ее всякой ерундой. Теперь это меня уже не касается. Теперь надо думать, как незаметно ноги отсюда сделать. Но полностью отключиться от анализа произошедших событий не получилось. Непонятно отчего, но возникло стойкое впечатление, что оператор мне знаком. Рискнув нарваться на нагоняй от Григория, я перевернул тело и вгляделся в лицо. Узкие губы, выдвинутый вперед острый подбородок с ямочкой, родинка под левым глазом. Видел его где-то, точно видел. Ассоциации странные: холод, теснота, Макс, Жан, Ветрицкий. Вспомнил! Фотографию этого чела нам сержант рейнджеров в Лудине в прошлый рейд показывал! И фотография была не в общих альбомах, а в весьма тоненькой папочке. Ворон позднее что-то насчет облавы предположил. А Жан, как мне помнится, разговор сразу на другую тему перевел.