— Не лучше ли замести следы? — предложил я, указав на опалённый пол.

Впрочем, я не представлял, как можно избавиться от отметин до возвращения барона.

Энель небрежно повела ладонью.

— Это ничтожество и за тысячу лет не догадается, что здесь произошло.

Я не стал спорить. Короткий визит сущности, явившейся на зов чародейства ашуры, выжал и меня. Я уселся на кровать рядом с непривычно молчаливой Айштерой. Обычно она завалила бы расспросами, всё ли со мной в порядке, — но не теперь. Она лишь машинально растирала кисти рук, избегая встречаться взглядом со мной или Энель.

Можно ли победить тьму большей тьмой? И где в таком случае пролегает черта, что отделяет поражение от победы?

О чём-то таком она, наверное, и размышляла. Или молилась Тиларне, рассчитывая, что богиня укажет ей верный путь — или хотя бы намекнёт, как лучше всего сбежать от нас.

Опять обнять фелину? Нет, не поможет. Некоторые раны способно излечить только время.

Я от души понадеялся, что в последний раз прибегаю к услугам — и обманам — подобного толка. Но раз уж забрался на сцену, роль надо исполнить тщательно и без ошибок.

Барон не должен заподозрить фальши.

И он должен умереть.

— Энель, — сказал я. — Для чего бы ты ни потребовала привес…

Ашура подняла палец, оборвав меня на полуслове.

— Они идут.

В её предупреждении промелькнула радость хищника, почуявшего жертву.

Она встряхнулась, сбрасывая усталость. Отстранённо улыбнулась — высокомерной полуулыбкой существа, для которого другие разумные были пешками или препятствиями в грандиозных планах. Так улыбнулся бы истинный Апостол.

— Не мешай мне, Роман. Что бы ни произошло, это нужно для завершения проклятия.

Секунду спустя отворилась входная дверь. Вместе с её скрипом в избу ворвался недовольный голос. Он принадлежал женщине или, скорее, девушке, которая безуспешно пыталась скрыть брезгливость.

—…Какими бы иллюзиями вы ни тешили себя, ваша милость, моё искусство требует тщательной и долгой подготовки. Его нельзя призвать на службу сей же час, и это останется неизменным, сколько бы вы ни выпили и как бы сильно вам ни хотелось обратного… Клянусь Светом, то, что моё прорицание оказалось запоздавшим, ещё не повод тянуть меня на оргию в качестве искупления!..

Несмотря на явную неохоту говорившей, шаги приближались. Внезапно девушка замолчала и, миг спустя, с подозрением спросила:

— Ваша милость, это вино? Кто-то разлил вино? Оно…

Крови от убитого телохранителя натекло немало, вспомнил я. Естественно, Такеши не успел вытереть её всю, прежде чем отправиться исполнять приказ Энель. Уборка заняла бы полночи.