— Плохо…

— Это Пожиратель душ, не Паразит. Слабый, но… точно, — уже тише произнесла Агатес.

Очень плохо! Эти способны поглощать чужие души: грубо, кроша их оболочку на части, сращивая их со своей душой. Появление такого может привести к катастрофе. Если он сожрёт достаточно людей, и сможет стабилизировать разум, осознав себя. Этот должен быть молодым — хаотичное животное. Сейчас он тупее обычных хищников. Но даже так… это монстр высокого класса опасности.

— Им нужно помочь, они скоро выдохнутся, — во мне проснулся герой. Надеюсь, не тот, который героически самоубивается об главного босса. Но я просто не мог стоять в стороне и смотреть.

— Я не могу рисковать студентами, — нахмурилась Профессор. Правильно, но.

— Так пусть тут сидят, Клаус?

— Ох, не платят мне за это… Но если брошу этих, то отец парня меня больше не наймёт. Имейте в виду — смогу только отвлекать и если совсем жареным запахнет, то я сваливаю.

Начал спешно строить формацию морозного взрыва, нагнетая в неё энергию. Клаус же бросился вперёд, пока Агатес отдавала команды студентам.

— Спрячьтесь тут и не высовывайтесь, скройте себя теневой магией как можете. Если мы не справимся, то бегите, пока вас не заметили, — слышал я предельно строгий голос.

Закачав максимальный заряд и удерживая заклинание в руке, стал колдовать Сдвиг Пространства так, чтобы оказаться сбоку от твари. В теории, готовый Морозный взрыв перенесётся со мной, поскольку я его ещё держу нитями маны. Надеюсь, не рванёт у меня в руках, иначе это будет наиглупейшая смерть.

Монстр уже был достаточно близко от нас, чтобы я смог телепортироваться к нему, обогнав Клауса, что из-за этого отпрыгнул назад. Сразу после микро-телепорта кинул взрыв прямо в бок уродливой громадины. Конечно же, он чувствителен к проявлениям магии и попытался уклониться. Вот только набранная инерция огромной туши не позволяла совершить слишком радикальный манёвр и шар всё равно взорвался менее чем в полуметре от тела.

Оболочка со вспышкой распалась, и синяя «ударная волна» облаком разошлась в стороны, поглотив монстра. Трава вокруг мгновенно заледенела, став хрупкой и ломкой, а от здоровенной туши послышался мерзкий звук, как будто визг, только ниже и с рычащими нотками.

Сейчас я разглядел его лучше: шкура твари была изрядно изодрана ссадинами, колотыми ранами и ожогами, но без глубоких ран. А вот кончик хвоста был не красным, а окровавленным, как и мерзкая пасть. Причём нанесённые ранее повреждения с видимой скоростью регенерировали. От многих уже остались только рубцы, или едва заметные следы и глубоких ран, не заметил.