Я не согласился, да и Фаина усмехнулась. Две двуликих слишком серьёзный приз, чтоб учитывать какие-то там щиты.

К концу третьего дня добрались до Владикавказа. Здесь решили сделать длительную остановку и решить вопрос с паспортами и визами. Хрюша перешёл на тёмную сторону интернета, и к тому моменту, когда мы определились с постоем, договорился с какой-то фирмочкой о приобретении необходимого пакета документов. Те затребовали фотографии, и обещали сообщить, как только всё будет готово.

Остановились мы на краю пригородного посёлка. Коптич договорился с хозяином, и нам отвели флигель на заднем дворе. Денег не попросили, имён спрашивать не стали, ужинать позвали к общему столу. Когда стемнело, я прогулялся по тихим улочкам, периодически сканируя интуицией дома. Опасности не было, но это сейчас, что будет дальше — посмотрим. Главной задачей прогулки было изучение местности на случай непредвиденного шухера. Погода стояла замечательная, мартовская, температура скакала в диапазоне семи-восьми градусов, и Алиса выразила желание прогуляться со мной на пару. Я не отказал, только прежде уложил спать Кирюшку. Впервые за три дня она смогла лечь на настоящую кровать, и уснула мгновенно.

Мы шли по неосвещённой улице, Алиса держала меня под руку.

— Дон, ты недоволен мной, да?

— С чего ты взяла?

— Всю дорогу мы почти не разговариваем, иногда только обсуждаем текущие вопросы.

— Дорога не располагает к милым беседам ни о чём. Если хочешь, можем поговорить сейчас.

Я держался напряжённо, и Алиса почувствовала моё настроение.

— Ты ведёшь себя так из-за Киры, потому что я подсказала ей, как выйти из Конторы. Я понимаю, ты не хочешь, чтобы твоя дочь использовала силу. Но она двуликая, и ты не сможешь этого изменить. Она будет её использовать. Скажу больше: ей нравится её использовать. Вопрос лишь в том, произойдёт это под нашим контролем или она начнёт самостоятельно выбирать цели.

— Она ещё ребёнок!

— Она другая. Не такая, как все дети. Я тоже была маленькой, и помню, когда сила впервые вырвалась из меня. Я не испытала ни страха, ни угрызений совести, хотя мальчика, который при этом погиб, считала своим лучшим другом. Я до сих пор помню его имя и до сих пор не испытываю жалости. Просто так получилось. Но отец научил меня как правильно использовать силу и, главное, против кого. Ты тоже должен научить этому Киру.

Это так, я обязательно научу Киру всему, что должен понимать и делать нормальный человек, и помощники мне не требуются.

— Я люблю тебя, Алиса, ты знаешь это. Но мне кажется, что пришла пора расстаться. Когда пересечём границу, мы с Кирой направимся в одну сторону, а ты в другую.