Я иду со всеми, размахивая топориком, очень теперь довольный, что остался со своими вменяемыми попутчиками. Еще скоро увижу новые чудеса и секреты в Башнях еще более сильных Магов.

Похоже, и на них Штольц хорошо подействовал даже при настолько недолгом общении. Смог, как следует, освежить свой немного забытый образ, произвел весьма сильное и гнетущее впечатление, поэтому никто не стал мне выговаривать, что я так легко отказался от оговоренного плана.

«Вами оговоренного, но мною не подписанного!» — улыбаюсь я про себя.

Переночевали в ложбине на берегу ручья, встав на ночлег заранее. По картам ясно, что источников воды не будет больше до самой Башни, а оставшиеся двадцать километров или сто двадцать местных лиг мы никак не пройдем до сумерек.

К обеду мы добрались до нашей основной цели сегодняшнего дня пути, такой же пятиэтажной Башне. Учитель сразу скомандовал готовиться к остановке здесь на ночь. Ставить и крепить палатку, разводить костер побольше и натаскать всем вместе груду дров.

— Здесь уже можно встретить полярных волков, так что большой костер будет нужен всю ночь, — так он объяснил мне все свои приказы.

Интересные новости, кажется, мои спутники испытывают определенное беспокойство от таких соседей, несмотря на всю свою магию и силу.

«Сильные звери, похоже, эти полярные волки, стоит их серьезно опасаться», — не очень я все же понимаю данные опасения.

Двое мужиков застучали топорами, выбивая двери, заняло знакомое им дело немало времени, преграды оказались значительно крепче прежних.

Я пока таскаю все ветки, которые нахожу поблизости, и усиленно раздумываю над своей судьбой.

«Как же мне добраться до желанной инструкции по использованию Храма и капсулы, ведь все найденные бумаги мои попутчики сразу забирают себе на просмотр? — вот, что меня больше всего беспокоит. — Все просмотреть не успевают, конечно, но и меня к бумагам не подпускают старательно».

Одна радость, я уже успел заметить, что написаны они на понятном мне Едином языке, который завоеватели Черноземья создали, добавив в прежний язык немало своих слов.

«Выход только в том, чтобы дождаться полного сбора всего добра, всех бумаг, а потом попробовать их украсть или добиться того, что мне их так почему-то отдадут, — признаю я себе. — Только вот как такого добиться?»

Хотя бы в обмен на спасение своих жизней, правда, подобную ситуацию я себе пока даже в теории представить не могу.

Да еще я сам полностью уверен в том — как бы у меня не получилось что-то заставить сделать моих попутчиков, они потом все равно на мне неминуемо отыграются.