Теперь можно вытереть пот со лба и осмотреться.

Не такая она тяжелая, килограммов пять, не больше по весу сама штуковина, однако чувствуется, что из крепкого такого металла сделана.

Здесь все примерно так же, как везде в других Башнях. Только кровать повернута к паре распахнутых окон и на ней, опираясь спиной на подушки, сидит скелет бывшего хозяина Башни. Вид с кровати, конечно, открывается на сам вулкан. Можно себе представить, как быстро замерз Маг, потеряв из-за страшной головной боли способность сопротивляться своим суицидальным призывам.

Глядя напоследок на виновника своей гибели, выдающего шикарное зрелище мощного извержения огненной горы на фоне абсолютно черного неба.

«Шкаф с бумагами выглядит весьма компактно, что меня радует, перебирать придется раза в два, если не в три, меньше, чем обычно», — констатирую я.

Самого главного я пока не вижу, на столе нет Источника-Палантира. Нет и следов от него, хотя подставка под шар здесь стоит на месте, ее едва видно среди завалившей поверхность густой пыли.

Впрочем, я сам до сегодняшнего момента удивлялся, почему Маги в момент смерти оставляли свою «прелесть» на магическом столе вместо того, чтобы держаться за нее до конца.

Именно новый Маг-покойник подтвердил мои мысли по поводу смерти в обнимку с шаром. На груди мумифицировавшегося скелета висит такой же мешок, как надел на себя первым делом Фатих. Видно, что он точно не пустой.

Я спускаюсь вниз, отправляю Булера за тряпками и водой, сам подхватываю мешки и деревянную коробку, топор с мечом, по лесенке возвращаюсь обратно в верхнюю комнату.

Трогать шкаф или что-то на столах и комодах пока не хочется, очень уж данные места засыпаны грязью. Гораздо больше, чем в других Башнях, ведь ставни открыты морозу и пронизывающему ветру уже много-много лет.

Первым делом предстоит достать Палантир из мешка, что я и делаю, осторожно расстегивая и разрезая лямки на груди бывшего хозяина, такое довольно неприятное дело. Потому что очень неприятно находится на расстоянии согнутой руки от голого черепа, бессмысленного скалящегося мне в лицо.

«Очень он действует на нервы, только деваться некуда», — скриплю я зубами.

Хорошо, хоть намотал на лицо в несколько слоев платок, оставшийся от одного из Магов, не приходится непосредственно дышать тленом и прахом покойника.

Лямки мешка отрезаны, шар выкатывается из мешка, упавшего куда-то в район паха мертвеца, на покрывало кровати, где замирает. Приношу свой мешок с Палантирами и ящик, откидываю крышку с него и закатываю последний шар на свое место. Прямо пальцами его не касаюсь, только через покрывало, но и так успеваю почувствовать, что Палантир почти пустой.