— К людям вернетесь, там ваша жизнь очень сильно изменится в лучшую сторону.

Лицо у Глория заметно скривилось.

Понятно, о людской жизни Маги рассказывают своим рабам только всякие ужасы, и ничего о том же Асторе кузнец не знает.

Я сам понимаю, что рискую, рассказывая кузнецу свои дальнейшие планы. Но он должен знать, что сюда не вернется и забрать все, что обязательно потребуется в другом месте.

— Поверь, вы будете свободными людьми, ты начнешь работать не за просто так, а за высокую плату. И твоя дочь станет свободной, и ее дети тоже. Вас встретят с большой радостью, толковые люди очень нужны городу. Вы будете работать не только за еду, как здесь трудитесь, а за хорошую плату золотом. На которую все сможете себе купить.

И последний аргумент:

— Я еще выдам сам лично всем жителям Башен столько денег, что можно будет каждому прожить, даже ничего не делая, два года. Забыл, наверно, вообще, как деньги выглядят, кузнец?

— Забыл, Повелитель.

Я кинул ему золотой из Башен, еще старый, такие остались в ходу пока. Город не стал менять все деньги на те, которые сам выпускает на Монетном дворе. Тем более новые и старые одинаковы по весу и содержанию золота в них.

— Вот, вспомни, но пока молчи, не стоит народ лишним пугать. Тем более, как вас тут одних без меня оставить? Крысы поняли, что хозяин не вернется и я скоро уйду, перережут вас здесь всех, в котел отправят. Понимаешь?

— Понимаю, Повелитель.

— Все. Готовь повозку и собирайся, скотину тоже погоним, коровы в людских землях пока на вес золота.

Я вышел из кузницы, кивнул Раксу, подпиравшему стену, и продолжил осмотр поселения.

Видно, что народ собирается, так как у самих почти ничего лишнего не имеется в наличии, вся одежда на себе, припасов личных тоже никаких. Снабжение здесь налажено жестко централизованное, как в родном Советском Союзе, вопрос только со скотом, птицей, припасами в подвале Башни и еще в одном подвале посреди поселения.

Что забирать и как перевозить все подобное добро, учитывая, что впереди переход на пару недель. Есть всего две повозки, одна из которых, в основном, занята моими вещами и оружием.

«Ну, не в основном все же, дай бог, на одну треть только еще палатки понадобятся в пути, по полтора десятка народа влезет в каждую на ночлег, если постараться», — рассчитываю я.

Напоминаю про палатки из наших Башен, та, которая оказалась взята Штольцем, так и осталась в Башне, где он погиб. Жалко, что лошадь тоже погибла, нам бы она очень помогла сейчас при перевозке.

Зато, оказывается, есть еще одна повозка, почти готовая, и лошадь под нее тоже нашлась в хозяйстве, и упряжь имеется, чтобы запрячь ее. Просто серьезнейшее облегчение дороги для всего поселения.