Думал, что мне в основном носить его придется и вещи в нем хранить, а никак не еду себе реально готовить.
— Думал, да не угадал! Ладно, может до готовки еды в нем не дойдет дело, — успокоил я себя. — Если сюда кто-то заявится! В такой крутой проект столько денег и сил вложено, не верю, что он сейчас не работает!
В котелке лежат небольшие металлические вилка и ложка, коробок спичек, новая зажигалка Крикет, пара черных рабочих перчаток. Ломать и резать ветки, да просто делать все остальное в лесу гораздо лучше в перчатках, хотя бы в обычных нитяных. Очень помогают сохранить руки в относительной чистоте и без повреждений.
Сверху все прижимает моток тонкой синтетической бечевки, еще с заводской бумажной наклейкой. Пятьдесят метров — неплохо, взял с запасом, можно устроить шалаш из веток, натянув ее в качестве опоры между деревьями. Купил моток подлиннее, ведь веревка, в общем-то, совсем ничего не весит, а места вообще не занимает.
Вес мой бечевка, конечно, не выдержит, но если сложить раза в четыре, то можно попробовать куда-то спуститься. Перчатки еще желательно иметь толстые для спуска по такой тонкой веревке. Но они не предусмотрены в моем списке, придется обойтись имеющимися.
Топорик так и лежит рядом с остальными вещами. Он легкий, на томагавк индейский похож, но лезвие шире. Небольшая ножовка под дерево, совсем новая, в ручке топора спрятана. И огниво, как написано, пользоваться им еще не умею. Ножовка пригодится, чтобы без проблем пилить ветки.
В разных отделениях в рюкзаке нашлись две упаковки антибиотика в таблетках. Хотел одну у родителей оставить, одну в рюкзаке, но забыл, и это очень хорошо. Двадцать таблеток антибиотика — реальная сила! Если придется бороться с местными микробами и бактериями! Еще имеется упаковка лейкопластыря из пяти полосок, в прошлый раз намучился со стертыми ногами. Хорошо, что обошлось без заражения.
— Вроде все, больше ничего не прощупывается в плотной ткани, — бормочу про себя.
Теперь смотрю карманы немецких армейских штанов и синтетической куртки. Немного денег, бумажки и мелочь. Ключи от машины с брелоком сигнализации, еще ключи от своей квартиры. От родительского дома ключей нет.
«Квартира, кстати, уже не совсем своя, а чужая по жизненной ситуации. Остается жене и дочке, но по закону наполовину все же моя, — вспоминаю я. — И я еще окончательно не решил, что с ней делать. Пусть дочка сначала вырастет, там посмотрим. Раскидываться десятью годами своего труда не хочется все-таки».
Телефон без признаков жизни в чехле. Паспорт в кожаной обложке с правами и СТС, в нем две карты — Сбера и Альфы.