«То есть очень ясными последствиями. Рассчитывать я могу только на то, что зверь потеряет интерес ко мне и уйдет рано или поздно, — говорю я себе. — Или на свой неожиданный, последний сюрприз, попавший со мной в новый мир».
Однако весьма скоро выбор способа спасения окончательно исчез, огромный кот прямо материализовался из ниоткуда, появившись около дерева. Встав на задние лапы, уперся передними на ствол и уставился на меня своими коричневыми с желтыми зрачками огромными глазищами.
Я прижался к стволу, как можно более угрожающе занес палицу над головой. Зверь так же неподвижно смотрит на меня, теперь я могу подробно рассмотреть местное чудо природы. Мех, на вид очень густой и плотный, красивейшей серо-голубой окраски, просто переливается под лучами местного светила.
«У нас, на Земле, настолько красивого цвета я ни разу даже в сети не встречал».
В голове внезапно зашумело, напала какая-то странная слабость, появилось желание закрыть глаза и прыгнуть вниз. Чтобы больше не страдать, не бороться, а найти быстрое забвение и посмертный отдых навсегда.
Переборов себя с большим трудом, я зло оскалился и крикнул с вызовом:
— Иди сюда, шуба чертова! — и снова махнул дубиной.
Излишне смело, как я сразу же убедился, приглашая подняться хищника к себе. Зверюга не стала заставлять себе ждать, присев на задние лапы, одним легким и изящным прыжком взлетела почти на три метра. Сердце екнуло и замерло в груди, следующим прыжком она еще на пару метров приблизилась ко мне.
Я заорал и неистово замахал дубиной, пытаясь сбить беспощадную машину смерти с ритма. С ритма моей смерти!
Хищник плавно перетек вокруг ствола и оказался уже в трех метрах от меня. Тут он уже перестал так легко подниматься, стал все делать осторожнее, тщательно нащупывая ветки лапами, но продолжая неотрывно смотреть на меня.
Уходя от взгляда беспощадных зрачков, я опустил глаза на его грудь и ориентируюсь по мере ее приближения, пытаясь взмахами дубиной обозначить допустимую границу продвижения кошки. Она поднимается все медленнее и аккуратнее, все же ее двести пятьдесят-триста кило напрягают ветки гораздо ощутимее, чем мои всего-то восемьдесят.
Скоро Зверь оказался в трех метрах подо мной и остановился. Видно, что дальше подниматься ему становится сложно, а надежно оттолкнуться тоже не от чего. Под задними лапами ветки уже ходят ходуном, использовать их в качестве упора для прыжка не удастся. Наверно, что не удастся, так-то гигантская кошка может прямо по стволу забраться повыше, с такими-то зацепистыми когтищами на мощных лапах.