Том прошел почти к самому концу очереди и его взгляд скользнул по собственному отражению в стеклопласте иллюминатора.

Форма не изменилась. Но изменился тот, кто её носит. Тёмная щетина на подбородке. Такие же тёмные волосы, которые отрасли заметно сильнее, чем было положено уставом из-за чего теперь спадали на глаза. И худое, мрачное лицо с болезненно тёмными глазами.

Райн ухватился за поручень и толкнул своё тело вперёд по коридору. Нулевая гравитация заботливо подхватила его, позволив инерции протащить его через переходной коридор до отмеченной цветными линиями площадки. Натренированное движение позволило ему спокойно долететь по идеально прямой траектории до конца перехода, где он осторожно занёс своё тело в зону действия искусственной гравитации.

Пройдя через шлюз и контрольный пункт, Том оказался в просторных, внутренних отсеках станции. Практически моментально он отметил возросшее количество людей вокруг. В тот раз, когда покидал базу, на ней не было такого огромного количества народа, как сейчас.

Хотя это было и не удивительно.

Он не хуже других знал о том, что случилось два месяца назад. Попытка рейнского флота взять под свой контроль узловые системы привела к трагедии с пассажирским лайнером «Королева Анна». В этой ужасной катастрофе погибло более девяти тысяч человек. Как бы это абсурдно не звучало, но в Вердене не было никого, кто не чувствовал бы свою причастность к этой трагедии. Не потому что они потеряли близких или друзей. Нет. Просто этот, как его назвал рейнский посол в личном разговоре с новым верденским президентом, «печальный инцидент», заставил каждого человека задуматься о своей безопасности. Уверенность граждан пошатнулась. А это неизбежно приводит к двум противоположным друг другу реакциям. Страху и гневу.

Огромные толпы разгневанных протестующих заполнили улицы перед посольством Протектората. Лозунги и голографические транспаранты заполнили собой улицы. Верденский народ обвинял их. Называл мясниками и убийцами. Дошло даже до погромов в кварталах, где жили сотрудники посольства. Несколько человек были избиты до полусмерти, а один так и не смог выкарабкаться, когда его доставили в центральный госпиталь Франкса.

Для обозлённой толпы не имело совершенно никакого значения то, что эти люди не были ответственны за случившееся. Испуганным и озлобленным, им было всё равно на ком выместить свой гнев.

А теперь ещё и известие о мобилизации флота…

Том знал, что был далеко не единственным, кто получил такое сообщение. Даниэль Нерроуз, его старый друг ещё со времён обучения в академии флота на Тендрисе так же был призван обратно на службу. Сергей Серебряков вернулся обратно в армию.