— Не шевелится? — спросил Зейн, отрываясь от рисования.

— Вроде нет, — сказал я, внимательно рассматривая скелет.

— Прикинь, это обнадёживает! В первый раз за последние дни факт, что мертвецы мертвы меня обнадеживает, прикинь! — сказал Зейн. — Никогда не был рад человеческим костям, но, видимо, придётся пересмотреть свои взгляды.

Он подошел ближе, наклонился к останкам и пробормотал:

— Дядя, ты там лежи не вставая, ладно? А то убьём.

Вдруг его взгляд зацепился за что-то на двери.

— О! Тут ещё какой-то рисунок. Посвети, Грис.

На двери был нарисован еще один рисунок, сильно отличающийся от первого.

— Как я не люблю всю эту херню… — пробормотал я.

Магия, мистика, зомби… Ну вот нахрена мне всё это, а? Ладно ещё собаки-мутанты, но пентаграммы и прочая хтонь? Меня передёрнуло.

— Чего тут изобразили-то? А чего? Доводилось встречать? — Зейн с любопытством уставился на вторую дверь. — Думаю, это тоже надо зарисовать, пригодится. Смотри, тут символы отличаются и фигура другая внутри. Да и выглядит подозрительно. Прикинь, если там вообще портал в ад?

Догадок не было. Открывать эту дверь не хотелось совсем, потому что цепь и замок находились снаружи и был шанс, что эта дверь как раз-таки сдерживает что-то внутри.

— А чувак, то кажется не от голода помер, прикинь? — сказал Зейн, осматривая труп. — Но тебе не кажется странным, что мы видим полностью целый скелет? Как будто вся плоть с него сползла, еще и кости такие белые….

Он потыкал в одежду, которая была на костях. Она была неприлично чиста и выглядела не так, как должна выглядеть одежда на трупе. От останков не воняло, хотя мне почему-то думалось, что смердеть тут должно было сильно, да и вообще в коридоре было максимально свежо, но и не холодно.

Рядом с трупом стояло множество подгнивших коробок, в которых, судя по всему, лежали железные банки с консервами. Много консервов. И хотя я был не сильно голоден, проглотил слюну.

Я ещё раз оглядел запасы, нахмурился.

— Может попробуем? — Зейн тоже заинтересовался найденным добром, поднял одну из банок, крутанул в руках, пытаясь разобрать надписи. — Прикинь, тут кракозябры какие-то, вообще не человеческие. И как я теперь срок годности угадаю? Откроем?

— А если будет вонять, сам сожрёшь? — я фыркнул, не разделяя его энтузиазма. — Не доверяю я местным консервам. Сколько лет они тут лежат?

— А костям доверяешь? — напарник кивнул в сторону темного угла, где в пыли белели идеально чистые останки.

Я невольно поёжился.

— И костям не доверяю. Слишком уж чистые. Если сюда какая-то херня через вентиляцию залезет и начнёт нас жрать, будет очень хреново. Что-то же его убило?