Четырнадцатилетний подросток бросала на меня загадочные томные взгляды, накручивая белокурый локон на палец. Сразу стало понятно, что девочка начала превращаться в женщину, и теперь вовсю испытывает свои чары на каждом подходящем мужчине, ну а что может быть подходящее, чем парень родной сестры? Я с таким ещё и в прошлой жизни сталкивался, а потому не реагировал на все её ужимки, стараясь даже не смотреть лишний раз в её сторону, что, похоже, в какой-то момент начало её бесить и задевать, и она то и дело стала сама ко мне обращаться с какой-нибудь малозначительной просьбой. То налить её попить что-нибудь, то подать. Мне было не сложно, так что я молча выполнял её просьбы, не реагируя на попытки завязать диалог, отвечая на все её вопросы односложно. Вот одним из таких моментов и воспользовалась Варвара Петровна, чтобы подложить мне свои перцы, а параллельно задавать мне различные каверзные вопросы.

Вот её игнорировать было сложнее, чем сестру Ани, так что уже совсем скоро она меня буквально наизнанку вывернула, сумев сделать так, что я сам невольно рассказал ей всё о себе, и своей семье, включая то, что мой отец — министр.

— Ну точно! А ведь у меня в памяти ещё шевельнулось что-то когда твою фамилию услышала. Ведь поняла, что знакомая, а где слышала — не вспомнила. Никак склероз уже подступает, — улыбнулась она, — Впрочем, меня оправдывает то, что папа твой совсем недавно им стал, вот я и не запомнила. Уж прости меня великодушно!

— А вы весь кабинет министров знаете? — удивился я, кое-как доедая последний перец.

— Ну конечно! А как может быть иначе? — ещё сильнее меня удивилась она, — Если ты относишься к определённым кругам, то просто обязан знать всех, кто находится на вершине пищевой цепочки в нашей стране! — победно вскинула она вверх вилку, но тут же спохватилась, сделала жеманный вид, и аккуратно наколола кружочек огурца.

— Мама! Ты опять гостям про пищевую цепочку рассказываешь? Сколько можно уже так говорить про таких уважаемых людей! — весело вмешался в разговор отец Ани, зайдя в этот момент в беседку, и неся в руках огромный поднос с шашлыками, которые источали столь потрясающий аромат, что не смотря на то, что я уже наелся, мой желудок предательски заворчал, намекая на то, что он и от этого угощения не откажется.

— А что, разве я не права? — сухо поджала губы бабушка, — Я просто говорю правду. Ведь так и есть. И, кстати, отец этого юноши относится как раз к этой категории людей. Представляешь, в кои-то веки наша Аня привела к нам молодого человека из приличной семьи, — всплеснула она руками, — Его отец — министр тяжёлой промышленности. Очень достойное положение! Не то что тот, прошлый её, художник с длинными сальными волосами из семьи таких же бездарей, как он сам! Как вспомню — так вздрогну!