В дальнем конце зала булькал бесформенный кровавый силуэт, швыряясь алыми комками, а в него раз за разом прилетали слабые серые сгустки. Окутанная потерявшим форму силуэтом, Грета продолжала стрельбу из пулемета, вяло двигаясь — похоже, потратила уже слишком много энергии, да еще и частично потеряла контроль из-за местных ужасов.
— Отвали-ка, мразь, — совместив свою чем-то крутую фразу с псевдосейсмической волной, отправленной в сторону силуэта, я бросился к пошатывающейся девушке и поддержал ее, охнув из-за отразившей мое касание динамической защиты, но на долго ее не хватило, так что мне удалось дать немке немного времени на передышку.
— Сжечь мутанта! Сжечь! Она должна сдохнуть, МетМер, как и ты, впрочем! — разнесся со всех сторон булькающий смех, но силуэт вроде как исчез, так что я, не обращая внимания, оттащил Грету к стене.
— Саша. Он ведь прав. Я тоже так считайт, я даже бояться, что кто-то узнайт… — прошептала девушка, и я увидел, как по ее личику пробежала крупная, поблёскивающая в свете моего браслета, слезка.
— Они на это и рассчитывают. Не поддавайся! Разве не ты раздавала указы преподу, вынуждая его привозить колбасен? Не ты соревновалась с лучшей студенткой? Не ты помогала такому балбесу, как я? Ты — замечательная девушка, и как может мнение какого-то полудохлика из вонючего подземелья тебе быть важнее моего, например? Никто не может решать за других, достоин он жизни или нет, — произнес я быстро и искренне, но девушке, казалось, не становилось лучше — ее дымчатый силуэт расползался все больше.
— Просто ты не знайт, что я — мутант… Вот, — шмыгнув, Грета стащила с себя шапочку, и я увидел, что на макушке у нее два кошачьих ушка, которые еще и мелко дрожали, передавая волнение девушки. — Я не лгать. Нихт кот, Саша. Я сама… Мяу.
Звук был неожиданным, но каким-то комфортным и… домашним, что ли. Такое чувство, что я подсознательно знал об этом с самого начала, из-за чего и успокаивался, представляя Грету.
— Ну какой же ты мутант, ты — самое милое создание, которое мне доводилось видеть. Ушки тебе очень идут, милаш, — ласково произнес я, прижавшись щекой к макушке девушки, отчего покрытые шерсткой уши слегка примялись, а Грета, вздрогнув от моего касания, вдруг тихо заурчала, успокаиваясь.
Глава 19, часть 1
Данила первым вошел в Разлом и, обернувшись, помахал фанаткам, лучезарно улыбаясь, словно один из известных петродворцовских актеров. Послав вдобавок воздушный поцелуй, парень помахал рукой и, медленно обернувшись к сероватым деревьям, вновь стал угрюмым, как и все время в летуне до этого.