Проверив мои рефлексы, врач оставил меня отдыхать и уже через несколько часов появился тот, кого он назвал следователем. Корнев Алексей Иванович, полковник ВСБ, когда-то куратор учебной группы в институте, а позже — отвечающий за мою безопасность.

— Вы то что тут делаете?

— Привет, Максим. Помнишь меня — уже хорошо, больше всего я боялся твоей потери памяти.

— Что произошло? — если он здесь, значит должен знать где мои рука и нога.

— Мне сказали что выборы модератора ты ещё помнишь, так?

— … — кивнул я, чтобы лишний раз не говорить.

— Спустя десять дней после выборов по всему миру произошли теракты — точечные покушения на игроков Колыбели. Погибло больше двух тысяч человек из разных стран, выживших почти нет. Ты оказался среди тех, на кого напали.

— Лена? — волна ужаса прошла по телу от осознания, что она могла быть рядом во время покушения.

— Пострадала, но ничего серьёзного. Ребёнка с вами тогда не было, с ним всё в порядке.

— Как кхм кхм, — закашлялся я. — Произошло.

— Вас обстреляли из гранатомёта, когда вы были в машине. Отсюда твои увечья и если бы не совпадение двух факторов, то ими бы ты не отделался. Спасла система пожарной безопасности машины, не дав сгореть заживо. И повезло что охрана была рядом, они продержали тебя в живых до приезда скорой и защитили от повторной атаки нападающих.

— Если бы повезло с охраной, то покушения бы вообще не случилось, — злость и обида дали сил выговорить длинную фразу.

— Тут ты не прав. Нападающие были не случайные боевики, а… В общем, ты всё равно об этом узнаешь. Мы облажались, Максим, человечество облажалось. Все теракты организовали спецслужбы разных стран. Неизвестные предложили устранить игроков из государств соперников, сыграв на политических противоречиях. Устранить одного-двух обычных людей из страны, с которой у тебя и так конфликт или вообще война — ничего особенного. Никто не догадывался что целей много, в том числе в «твоей» стране.

— И сколько? — я хотел знать во сколько земляне оценили жизни своих соотечественников.

— Не знаю, все всё отрицают естественно, в том числе и наши. Но по всплывшей информации заплатили гало и технологиями в эксклюзивной порядке.

— Мда… — комментарии тут излишни.

— Сейчас ты в безопасности, официально ты умер и похоронен. В институте даже памятную табличку с твоим именем повесили, — невесело ухмыльнулся полковник.

— Родители знают? — второй раз за разговор меня захлестнула паника. Меньше всего я хотел подвергать родителей такому стрессу.

— Да, конечно, мы не могли такое проделать без их согласия. Достоверность похорон от этого не пострадала — они очень расстроены тем, что с тобой случилось. Пока не придёт корабль, тебе придётся пожить на военной базе. А может быть и дольше.