Подойдя к нам, юноша остановился. Почтительно склонив голову перед князем, с достоинством произнес:

— Здравия вам, отец, — дождавшись приветственного кивка, перевел взор на меня и широко улыбнулся. — Рад видеть вас, боярыня.

В глазах Михаила плескалось торжество победителя и, как ни странно, уже такое знакомое сексуальное желание. Неужели он сейчас может думать о сексе?

— Взаимно, — обронила негромко и скупо улыбнулась.

Возможно, другая бы обрадовалась, что ее желают даже в такой ситуации, и искренне поздравляла любимого с победой. Да вот только ни того ни другого мне сейчас делать не хотелось.

Бой, как и предполагала боярыня Соболева, действительно оказался зрелищным, пусть и скоротечным. Михаил выиграл честно, однако, в отличие от довольных старшеклассников «Эвереста», поединок мне не просто не понравился, а подкинул пищу для размышлений.

Меж тем Ирина одобрительно улыбнулась победителю и украдкой показала ему большой палец. Легкая улыбка быстро промелькнула на лице Миши, но на нас с Соболевой он не смотрел. Все внимание юноши занимал исключительно князь. Даже жадный блеск в его глазах погас, уступив место тревожному ожиданию.

— Весьма интересный поединок, — спокойно произнес Игорь Владимирович, глядя на сына. — Твоему противнику кто помощь оказывает? — поинтересовался неожиданно.

Княжич с непониманием повернул голову в ту сторону, откуда пришел. Проследив за взглядом любимого, я заметила склонившихся над сидящим на земле Паскалем троих юношей. На их лицах читалась растерянность.

Понаблюдав пару мгновений за неуверенными манипуляциями старшеклассников, Михаил вновь посмотрел на князя и спокойно ответил:

— Секундант и дворяне из параллельного класса.

— Ясно, — сухо обронил Разумовский — старший. Посмотрев на Ирину Соболеву, мягче добавил: — У меня к вам личная просьба. Будьте добры, проконтролируйте, чтобы иностранцу оказали профессиональную медицинскую помощь.

— Как скажете, светлейший князь, — с неподдельным уважением произнесла девушка. — Можете на меня рассчитывать.

С достоинством поклонившись мужчине, она коротко мне улыбнулась и, не мешкая, направилась в сторону Паскаля Жатье.

Вновь посмотрев на абсолютно спокойного Михаила, Игорь Владимирович скользнул взглядом по его окровавленной рубашке, на миг задержался на босых ступнях. Затем прямо посмотрел в глаза юноше и холодно произнес:

— Езжай домой, приводи себя в порядок. Вечером жду в родовом поместье. В школе комиссия, уроков сегодня больше не будет, — добавил обычным тоном.

— Слушаюсь, отец, — отозвался Михаил. Посмотрев на меня, тихо сказал: — Я позвоню, Софья.