Вовка резко наклонился и заглянул мне в лицо:

— Олька, ты чего? — сзади напирали выходящие с нашего ряда, и Вова поскорей провёл меня между сидений и притиснул к стенке бокового прохода: — Олька! Ну-ка успокоилась! Или пошли вообще отсюда, ещё не хватало так нервничать…

— Нет уж! — я встряхнулась. — Я нормально. Пошли. Вон Таня.

Таня с кем-то деловито-приветливо разговаривала, увидела меня, многозначительно кивнула — мол: вижу вас! — быстро что-то договорила худощавой женщине и торопливо подошла к нам. Вокруг бурлили толпы народа, её кто-то всё время пытался остановить, спросить, и всем она отвечала:

— Минуточку!.. Сейчас-сейчас!.. Извините, одну минуту!.. — она схватила меня за руку и потащила за собой на сцену: — Пошли-пошли, скорее!

Мы нырнули за кулисы, где было относительно спокойнее, лишь время от времени кто-то пробегал мимо, протаскивали какие-то декорации и аппаратуру, и посреди этой деловитой суеты стояли два мэтра — это явно были мэтры, тут, как говорится, по другому и не назовёшь: холёные, с благородными гривами волос, в дорогих пиджаках, и даже перегаром от них несло как-то интеллигентно.

— Виталий Семёнович! — всплеснула руками Таня. — Что ж вы тут стоите, там вас группа ждёт! Пойдёмте, я провожу! Иван Сергеевич, молодые люди — к вам, по поводу рукописи!

Таня увела одного из светил культуры. Второй величаво поздоровался с нами, благодушно раскланялся со мной, Вове даже руку пожал.

— Здравствуйте, здравствуйте… М-гм. Начинающие соавторы, я так понимаю?

— Верно, — сдержанно ответил Вовка. Я только кивнула. В зобу спирало, если вы понимаете.

— Что могу сказать? Неплохо, неплохо для первой рукописи. Интересный, незаезженный сюжет. Хотя, по-моему, что-то похожее недавно мелькало в альманахе научной фантастики.

Меня немного покоробило слово «мелькало», а Вова хмуро сказал:

— Это наш рассказ. Он занял третье место в конкурсе сетевых авторов.

— А, ну понятно, — небрежно кивнул редактор. — Но нам, увы, не подойдёт.

У меня прям сердце упало.

— Почему? — упрямо спросил Вова.

Редактор вздохнул и поджал губы.

— Как вам сказать…

— Иван Сергеевич! — завопили из дальнего конца коридора. — Вы идёте⁈ Начинаем.

Ага. Банкет стынет, водка греется, а мы тут деятеля задерживаем.

— Иду-иду, Елизавета Степановна! — крикнул редактор и снова повернулся к нам, слегка поморщившись: — Ну, не поверил я в эту историю. Понимаете? Не жизненно…

Тут пробегающий мимо встрёпанный человечек весьма беспардонно дёрнул его за рукав:

— Чё стоишь, Волтов? Пошли-пошли!

— Одну секунду! — махнул ему рукой господин редактор и снова обернулся к нам, дежурно улыбнувшись: — Желаю вам творческих успехов. Всего доброго.