— Где ближайшая точка с разломами, которые армия контролирует? — спросил я. Видимо, война с дертанцами временно прекращается. Если здесь кто-то провёл что-то на уровне ритуала, призвавшего проклятые земли в империи, то есть большая вероятность, что радужных разломов не один, а несколько! И тогда у нас не просто проблема, а целая катастрофа!

— Ой, недалеко отсюда! — пояснила женщина. Страха перед нами она больше не испытывала. — Если поехать по дороге на восток, а потом свернуть по указателю на город Ранугад, то там разломы и будут. Оттуда мы. На ваших повозках это полдня езды, если сильно не спешить. Только, господа маги, вы бы знаки империи убрали. Их издали видно, поэтому вас сначала убить захотят, а только потом уже и поговорить вздумают, когда первое не получится.

— Откуда такая нелюбовь к имперцам? — удивился я.

— Так всем же известно, что это из-за вас у нас разломы, — как на духу выдала крестьянка. — Если бы не проклятые имперцы, никогда бы проклятых разломов не появлялось. Не пришлось бы нам детей в солдаты отдавать. За что же имперцев любить? Но я вижу, что вы хорошие люди. Вон, подарки подарили. Такие не могут быть плохими, потому и предупреждаю. Не столько за вас беспокоюсь, господа маги, сколько за тех, кто на вас нападать будет. Всё же живые люди.

— Кто же про имперцев говорит-то так? — спросила Вирена.

— Так люди наместника, — продолжила болтать женщина. — Они каждый месяц приезжают, проверяют, как мы тут живём, а также докладывают, что творится в Дертане. Какие разломы уничтожены, какие разрослись и кто во всём этом виноват. Вы не думайте — у нас тут не глушь какая-то. Мы все новости знаем!

Новости, значит? Неплохо там дертанцы устроились! Интересно, это инициатива одного конкретного наместника, или это политика государства? Иметь под боком страшного и злого соседа, которым можно пугать — это интересный способ управлять людской массой.

— Делаем, — кивнула Розалин, когда я посмотрел на неё. У повозок начали все шевелиться, выполняя моё поручение. Всё же красота, когда можно разговаривать со всей шестёркой учениц через любую из них.

— Что же, поедем посмотрим, кто там Ранугад захватил, — произнёс я. — Уходим!

Развернувшись, я отправился к повозкам, успев увидеть, как Вирена протянула крестьянке несколько золотых. Вот, теперь эта семья стала богатейшей в деревне. В месте, в котором самим крестьянам вообще ничего не принадлежит. Интересно, а чем это от рабов отличается? Осознанием того, что у тебя есть некая возможность заработать? При этом что ты, что твои дети — все поголовно должны наместнику и никогда в жизни не сумеют набрать достаточно денег, чтобы позволить себе купить жильё! А неплохо в Дертане всё организовали! Вроде как свобода, но какая-то особая. Без свободы.