Нашла время раскисать. У Виктора Александровича в ноге пуля, а ты тут себя жалеешь! Тоже мне бедная несчастная.
Поднырнув под руку мужчины, я приготовилась шагнуть, но генерал неожиданно удержал на месте, заставив меня поднять на него растерянный взгляд. Впервые видела, чтобы на меня смотрели так… серьёзно и участливо. В груди сразу стало тепло, а сердце замерло.
— Вы мне нужны, Соня, — серьёзным тоном сообщил генерал, а я забыла, как дышать. Лишь смотрела в глаза мужчины, где не было и тени сомнения в том, что он говорит, и чувствовала искреннее сожаление. Сожаление о том, что не встретила его раньше. Тогда, когда ещё не знала Игоря. Возможно, ни мне, ни ему не пришлось бы переживать тяжёлый развод.
— Пойдёмте, Виктор Александрович, — с трудом выдавила я из себя.
— Витя, — поправил меня мужчина.
— Витя… — тихо повторила я.
Эпилог
В деревню мы вернулись вовремя. Баба Марфа добивала участкового лопатой. И где только её раздобыла? А верный генералу пёс безжалостно грыз ногу нерадивого полицейского, мстя за всех нас.
Ну ладно, я была не права. Лопата, в принципе, отличное орудие успокоения.
Конечно, участковый был жив. Но довольно потрёпан. К счастью, находился в отключке и когда пришёл в себя, в деревне было уже многолюдно.
Приехали все. Друзья Виктора Александровича, его подчинённые, коллеги, полиция из города, скорая и, кажется, ещё много посторонних людей, которые просто путались под ногами и создавали суету.
Уголовников и участкового забрали. Забрали и Виктора Александровича, но не в участок, а в больницу. Я поехала с ним. Не смогла остаться в неведении и до самой операционной шла следом, взволнованно комкая край своей кофты.
К счастью, всё обошлось. Рана оказалась не такой и серьёзной. Первая помощь, которую я оказала, пришлась кстати, и Виктор Александрович потерял не так много крови как мог. Пару дней его продержали в больнице, в течение которых я ночевала рядом с его койкой и помогала передвигаться, а затем нас отпустили домой.
У генерала была квартира в городе, но он сообщил мне будничным тоном, что его отпуск ещё не закончен и он собирается его продолжить, несмотря на происшествие. Не передать словами, как я была рада, хотя и не стала показывать этого.
После тех слов, произнесённых генералом, мы больше не обсуждали наши отношения. Я боялась получить жёсткий отказ и понять, что просто не так всё поняла, а генерал… генерал ничего не говорил.
До деревни нас довёз личный водитель Виктора. Я вышла из машины первая, собираясь помочь мужчине, и сразу заметила того, кого меньше всего хотела бы видеть.