— К вашим услугам, — Тим не стал отзывать чакрамы, но всё же принял менее угрожающую позу. — Это я.

— Чудесно! — расплылся в улыбке представитель губернатора. — Позвольте представиться, Семён Дмитриевич Потоцкий, Слуга рода Щетининых. Тимофей Иванович, Панкратий Харлампович в моём лице, приглашает вас на приём в честь Тезоименитство Его императорского величества в следующую субботу. Вот, прошу принять.

— Благодарю, — Тим развеял чакрамы, принимая конверт, а Семён от удивления чуть выпучил глаза, но больше ничем себя не выдал. Слухи о наличии у щенка духовного оружия подтвердились. Правда пройдоха сам особо не понимал, что это значит, однако Панкратий Харлампович очень данным фактом интересовался и верный слуга был рад угодить господину важными новостями. — Передайте господину губернатору мою искреннюю благодарность.

— Конечно, — посланник лучезарно улыбнулся и согнулся в лёгком поклоне. — В свою очередь позвольте выразить вам, Иван Егорович и вам, Ульяна Григорьевна благодарность за воспитание сына. Вот примите небольшой памятный знак от Панкратия Харламповича.

— Благодарю, — отец Тима первым пришёл в себя, забрав вставленную в рамку рукописную грамоту, с подписью и печатью губернатора. Подобные выдавали ученикам, победившим на региональных этапах имперских олимпиад или просто отличившимся в каком-либо деле и хоть не имели официального статута, но учитывались многими местными ВУЗами при поступлении. Ведь поди откажи человеку которого отметил губернатор, так тебя потом самого за ятра возьмут. Так что среди школьников и особенно выпускников такие вещи очень ценились. — Это честь для нас.

— Засим разрешите откланяться. — Семён снова поклонился. — Иван Егорович. Ульяна Григорьевна. Тимофей Иванович. Счастливо оставаться.

— Губернатор, значит, — Стоило Семёну исчезнуть, как Игнат плюхнулся обратно на диван. Боевой настрой был сбит, да и глупо было драться сразу же после появления посланника. — С ним-то ты какие дела крутишь?

— Я его в глаза ни разу не видел, — Тим распечатал конверт, вытащив красочное приглашение на двух персон. Именное, то бишь на Моргунова Тимофея Ивановича плюс один. — Точнее видел на трибуне во время праздников, но уж точно никаких дел не имел. Сам в шоке, честно говоря. Может Сверр Магнусович подсуетился?

— Вряд ли, — подал голос Климентий, мысленно вознеся молитву что всё обошлось. — Род Хаген, конечно, традиционно зовут на приёмы, но бывают они там редко. Всё же охотники — это особая каста и в политику они не лезут.

— Тогда не знаю, — Тим пожал плечами и убрал в конверт приглашение. — Там видно будет. Ну так что, драться будем?