Перекатываюсь через голову, сжимая револьверы, бегу и, наконец, вижу источник пальбы. Это не машина, это какой-то дикий самопал. Кузов от двухдверного седана на высокой подвеске. Часть багажника вырезана и переделана в грузовую площадку. Туда и установили станковый пулемёт, который поливает нас свинцом. Вместо лобового стекла приварены какие-то решётки, непонятно даже сколько людей внутри.

А потом глаза выхватывают пять стремительных двухколёсных силуэтов. В нашу сторону несутся знакомые раздолбаные чопперы. На каждом ездок и пассажир с оружием в руках.

Тройка выбирает себе целью небольшую группу бойцов из Уайтклэй. Оставшиеся летят к нам, завывая и стреляя наобум.Кретины.

Тай диким котом стелется по земле, уходя от свистящей смерти. Бранои, чей кинетический барьер отразил пули, спокойно выцеливает первый мотоцикл и спускает курок. Единственный плазменный сгусток пробивает руль чоппера, грудь водителя, а следом и пассажира позади.

Мне некогда перезаряжать Карателя.Разрывные, так разрывные! Поэтому, недолго думая, я жму на спусковой крючок. Крупная пуля впивается наезднику в горло, а через миллисекунду взрывная волна разносит верхнюю часть его тела и сбрасывает посечённого пассажира наземь.

Сразу же перевожу прицел на стрелка позади станкового пулемёта, но та самопальная тачка поспешно газует назад. Прямо на полной скорости решает убраться. Что-то такое читается в этой торопливости: «Виноват, зря быканул».

Третий мотоциклист падает со стрелой в затылке, и я на бегу бросаю взгляд на наших. Один из бойцов лежит на земле в луже крови. Остальные в порядке. Враги, выбравшие их целью, мертвы.

— Скоро вернусь! — ору для окружающих.

Рывком подлетаю к опрокинутому стальному коню, чей водитель поймал стрелу. Его товарищ кряхтит на земле, схватившись за спину. Не выпуская револьвер из руки, бью его по лицу. С треском сминается нос. Зрачки ублюдка закатываются куда-то к макушке.

Несколько секунд, чтобы поднять повидавший многое транспорт, несколько эмоциональных пинков, чтобы завести, и, пробуксовывая, я газую вслед за улепётывающей тачкой.

Потому что один язык хорошо, а два — лучше. Да и нельзя терять возможность ослабить форпост Самеди, выбив ещё нескольких бойцов.

К тому же мне нравится их машина. Вот, правда, где я ещё найду реквизит из Безумного Макса? Узнать бы, что за чокнутый гений ваяет в их лагеретакое. Он нам пригодится.

Грунт под колёсами сменяется асфальтом. Десяток секунд мне удаётся оставаться незамеченным, потому что стрелок в кузове пялится по ходу движения машины и что-то орёт водителю, активно жестикулируя. Ну там не надо быть телепатом, чтобы уловить примерный смысл.