Лиран как раз сидел у себя, когда к нему вошли.

Без всякого шумного цирка и не устраивая дешёвый театр для секретарш. Просто сначала исчез помощник, ушедший «уточнить звонок», потом в приёмной сделалось слишком тихо, а затем внутренняя дверь открылась, и в кабинет вошли трое.

Один в штатском, с лицом человека, постоянно провожавшего людей из статуса «приличный человек» в статус подследственного. Второй сухой канцелярский волк с жетоном Внутренней Безопасности, а третий — молчаливый мужчина в сером костюме без единой лишней детали, кроме жетона Сыска, но с топорами как допуска к очень неприятной работе.

Эсворт поднял глаза, окинул их взглядом и понял главное сразу. Поздно спорить о полномочиях, тянуть время, требовать секретаря, адвоката, министра, председателя совета и благословения богов. Все эти жесты хороши, когда к тебе пришли люди процедуры. А когда к тебе пришли люди действия, торг нужно начинать с другого.

— Господа, — сказал он ровно. — Надеюсь, вы понимаете, что, если вопрос дошёл до меня, вам будет выгоднее разговаривать, чем ломать.

— Это мы и пришли проверить, — ответил человек с жетоном. — Насколько именно вы понимаете, в каком положении теперь находитесь.

Лиран откинулся на спинку кресла, медленно сложил руки на столе.

— Я могу быть полезен.

— Безусловно, — кивнул второй. — Именно поэтому вы до сих пор сидите в кресле, а не стоите на коленях в наручниках и лицом к стене.

Эсворт едва заметно дёрнул углом рта.

— Тогда не будем делать глупостей. Я готов очертить контуры, дать имена, объяснить механику, если мне будет гарантирован хотя бы…

— Не будет, — сказал канцелярский. — Ни «хотя бы», ни «на первых порах», ни «в разумных пределах». Вы сейчас не в положении человека, который торгуется за будущее. Вы в положении человека, который пытается удлинить дорогу до ямы.

Молчание в кабинете стало особенно напряжённым.

Потом серый человек молча подошёл к шкафу у стены, достал из кармана ключ, открыл замок, и через несколько секунд на стол легли папка с дубликатами кредитных согласований, коробка личной переписки и два тонких реестра с пометками по аварийным маршрутам. Эсворт посмотрел на них и впервые за всю беседу действительно побледнел. Не потому, что увидел нечто новое. А потому, что понял: взяли не его кабинет. Взяли его время. Всё, что он хотел успеть сжечь, уже оказалось в чужих руках.

— Вставайте, господин советник, — сказал человек с жетоном. — Дальше работать будем не здесь.

Эсворт медленно поднялся.

— Надеюсь, вы хотя бы понимаете, что без меня вы полной информации не получите?