Аврел остановился в двух шагах от него.
— Вы не успеете передать приказ, — сказал он.
Патриарх потянулся к личному амулету связи, но Аврел поднял руку, и удар тонким лучом пламени пришёлся в грудь. Патриарха отбросило на стол. Он попытался вдохнуть, но тело уже не слушалось. Второй удар не понадобился.
Восем Мерид вскочил с места.
— Вы убили Патриарха, — сказал епископ, отступая от стола. — Ни Совет, ни храмовая охрана не признают вашу власть.
— Охрана уже получила новые приказы, — ответил Аврел. — Совет продолжит работу под моим управлением. Те, кто не согласен, будут заменены.
Двери открылись. В зал вошли двое призванных в человеческом облике и отделение храмовой охраны. Командир охраны не смотрел на тело Патриарха.
— Нижний комплекс закрыт, Предвестник, — доложил командир. — Заряды в хранилищах обезврежены.
Аврел указал на членов Совета.
— Никто не покидает главный храм до окончания совещания, — приказал он. — Подготовьте сообщение о смерти Патриарха во время нападения на нижний комплекс. Все распоряжения от его имени отменить. Главам храмов передать, что управление обороной переходит ко мне.
Командир охраны отдал приказ подчинённым. Тело Патриарха накрыли плащом и вынесли из зала.
Аврел занял его место во главе стола и оглядел присутствующих. Большинство прятало взгляд, но были и те, что явно соглашались со сменой власти.
— Принесите мне карту восточной части острова.
Глава 13
Блокада острова не требовала приближаться к берегам в зону действия береговых батарей, но требовалось расширить плацдарм для военных действий. Одной бригадой такой остров не взять, и корабли пошли на сближение.
Пушки батарейного комплекса «Запад», тяжёлые орудия двухсот и трёхсот миллиметров, уже готовились извергнуть первые снаряды, как над ними на удалении пяти километров зависли два воздушных линкора, и десяток крейсеров, превращённых в летающие артиллерийские батареи.
Они находились вне досягаемости огня зенитных пушек и пулемётов, но стомиллиметровые пушки летающих кораблей легко доставали батарею, пусть и с огромным разбросом. Но при такой плотности огня это не имело значения.
Сначала пушки истощили эфирную защиту, и первые снаряды взорвались на крыше форта. Выкрошив толстый бетонный купол, а затем перекрытие верхнего этажа, они чуть позже перемешали со строительным мусором сами пушки верхнего яруса, продолжив огонь.
Через час, форт перестал существовать как инженерный объект превратившись в живописные руины, из которых то тут то там торчали орудийные стволы так и не сделавшие ни одного выстрела.