Но что, если Бригитта попала к ним? И они что-то сотворили с несчастной девушкой? Я поневоле ощутила жалость. Толстушка, которая больше всего хотела быть гармонизатором в детском саду, не заслужила такой участи.
— Бригитта, — позвала я. — Кроме этой пустоты внутри, у тебя все… на месте?
Отрезатели режут тело, кромсают человеческую плоть, надеясь добраться до линий Силы. Чаще всего они покушаются на руку с браслетом, но случаи бывают разные… а потом уроды просто бросают несчастных калек умирать в луже собственной крови.
— Да, — сказала толстушка, и я вздохнула.
— Ты уверена?
— Кэсс, я не могла не заметить, что у меня не хватает руки или ноги, — неожиданно здраво буркнула Бриггита. — А если ты о чем-то внутри… то это я тоже не могла не заметить! Шрамов и повреждений у меня нет. Только…
— Только?
— Черная линия на груди. Поперек. И она не стирается.
— Точно?
— Я не сошла с ума. Хотя кто знает. Может, тебя тут даже нет, а я разговариваю сама с собой. И правда, откуда здесь взяться наряженной в золото Кассандре Вэйлинг?
— Ты потерла девственность на третьем курсе с Патриком Уэйном, — равнодушно огласила я. — И влюбилась в него по уши. Делала за него все задания и тесты. А твоя подружка Агнесса всем об этом разболтала, надеясь, что Патрик выберет ее.
— Что? Вот же стерва! — едва не завопила Бриггита, и я шикнула. — Ладно, ты настоящая. Мое сознание даже в бреду не придумает такую гадость.
— К слову, Уэйн лопоухий дурак, и что ты в нем нашла.
— Это точно ты. Кассандра «я никогда не влюблюсь» Вэйлинг.
Я подумала о темных как ночь глазах, которые светлеют, когдаему хорошо. Когдаон счастлив. Когда целует меня…
— Идиотское прозвище.
— Что мне делать, Кэсс?
Я вздохнула. Если бы я знала…
— Верь в лучшее и повторяй девиз Аннонквирхе. Ты ведь помнишь его?
Забыть было трудно, ведь слова, выбитые на железной ленте у входа главного здания, ученики видели по десять раз в день.
— Алое пламя души согреет мрак вечной ночи, — прошептала толстушка. — И мрак падет.
— Верно.
— Вот только… — Бриггита почти поцеловала стену, ее шепот долетал с дыханием. — Вот только… Только кажется, что души у меня больше и нет. Ее забрали… Забрали.
Я промолчала, не зная, что еще сказать.
Похоже, Бриггита все-таки слегка помешалась.
Глава 26 Скверна
До утра я почти не спала. Кровать оказалась узкой, постельное белье пахло хлоркой, но было чистым. На столике стояла бутылка с питьевой водой. Еды не было, и я пожалела, что не съела на приеме парочку бутербродов. Легла прямо в платье, опасаясь раздеваться. За стеной царила тишина, Бриггита то ли уснула, то ли больше не хотела общаться, хотя я ее звала.