— Этого не случится, — прошептала она. — Печать…

— Как и любая техника, печать несовершенна, — перебиваю её. — Именно это я предложил тебе проверить. Если печать Четвертого действительно настолько невероятна, как ты говоришь, то на предполагаемой тренировке Наруто просто поспаррингует со мной и все. В чем проблема?

Золотые цепи, всё ещё угрожающе покачивающиеся в воздухе, замерли. Кушина смотрела на меня не мигая, её грудь тяжело вздымалась. Логическая ловушка захлопнулась, если печать идеальна, значит тренировка безопасна. Если скрывает изъян, значит лучше узнать об этом сейчас, под присмотром, чем в бою с врагом.

Она ненавидела мою правоту. Это читалось в каждом её взгляде, в плотно сжатых губах и подрагивающих кулаках. Думаю ей бы очень хотелось отстоять своё мнение. Ударами доказать, что права она, а не я. Да только толку с этого ноль, что мы только что узнали опытным путем.

Со звонким металлическим шелестом цепи начали втягиваться обратно в её тело. Багровые всполохи чакры, витающие вокруг неё, постепенно угасли, возвращая воздуху нормальную температуру. Кушина обхватила себя руками за плечи, внезапно показавшись очень уставшей.

— Ты не понимаешь, с чем играешь, Какаши, — её голос потерял звонкость, став глухим и надтреснутым. — Лис хитер. Он питается негативными эмоциями, гневом, страхом. Если Наруто зачерпнет его силу, он может потерять контроль не потому, что печать слаба, а потому, что сам поддастся ненависти.

— Так тем более надо его тренировать, — чем больше мы спорили, тем больше мне хочется её просто ударить. Учиться контролировать гнев и страх нужно не сидя дома с кружкой травяного чая, Кушина. Этому учатся там, где этот самый гнев пытаются из тебя вытащить. В контролируемой среде. Со страховкой. Потому что в деревне есть спецы, которые смогут его успокоить, а в поле будут враги, которые будут пытаться его убить. Это понятно или нам ещё немного надо потанцевать, чтобы все-таки дошло?

Она молчала. Молчала долго, так что я даже задумался о способе привести её в чувство. Бить сидящую на коленях женщину как-то не очень. Вылить на неё ещё немного воды? Так она и так промокла до нитки, всё кимоно в облипку, хорошо хоть передник немного прикрывал её спереди. Вот уж действительно, как сказал Паккун: «У нас тут приличное общество. Щенки смотрят».

Так что пришлось пощелкать пальцами перед её лицом, чтобы все же вывести из задумчивости. Кушину это возмутило, но я быстро взял слово, не давая ей возмутиться.

— Я не враг твоему сыну, — говорю уже мягче, без издевки. — И если уж ты так сильно боишься за методы, так присутствуй на тренировках и в разумной степени контролируй их.