— Ничего, — я водил глазами вправо-влево, вперед-назад, — а где вторая?

Второго трупа не было. Там где он лежал, не осталось ничего, даже мокрого места. Может, я не туда смотрю, перепутал место? Левее? Правее? Твари не было нигде.

— Ты её не убил! — закричала мама, — Дебил! Где она ползает теперь?

Это было реально страшно, мертвая мышь растворилась в воздухе. Только что она была дохлая и лежала, раскинув крылья, а стоило отвернуться — и уже нет. Может, под ботинком?

Я двумя пальцами поднял ботинок, которым лупил нечисть и потряс. На полу никого, никто не выпал из ботинка. Валяется не поставленная на место обувь и мой правый шерстяной носок. Может, она как в мультиках, вцепилась четырьмя лапами за стенки и висит? Я осторожно заглянул в обувь и ничего не увидел. Потряс ботинком ещё раз, на всякий случай, и опять вспомнив мультик, посмотрел наверх. Потолок чистый, только паутина свисает в углу. На стенах никого. Да где оно делось?

Медленно встаю и иду с ботинком в руке. До сих пор помню этот животный страх, это дрожание подростковых коленок, это чувство, что сейчас осатаневшее животное вылетит из ниоткуда с одним только желанием — отомстить за смерть подруги. И вцепится она в мою голую ногу, почему-то этого я боялся больше всего.

Никто не вылетел и не выпрыгнул. Мышь пропала без следа. Я заглядывал на кухню, может она перелетела коридор и спряталась там. Маловероятно. Перекинул всю обувь по дороге к ванной и туалету. Нигде не пряталась. Откинул ботинком все тряпки, под которыми она могла сидеть, и ни черта не нашел. Все это сопровождалось истерическими комментариями мамы из комнаты. Она молила, чтобы я был осторожен и не дай бог не пропустил, что никто не будет спать, пока тварь будет ползать по нашему дому. И откуда она вообще взялась?

Я вспомнил про открытое окно и подумал, что надо бы закрыть, пока мама не узнала. Она потом узнала и сказала много ласковых.

Мыши не было и через пятнадцать минут. Куда она делась полумертвая, мы уже не догадывались и вспомнили о том, что они могут прятаться в самых недоступных местах и пролезают в дырку размером с монету. Мама запричитала, что больше никогда не сможет спать дома, пока тварь вынашивает выводок где-то в стене. Жуткая ночь.

Но все обошлось. Мама нашла её своим перепуганным и от этого острым взглядом. Мышь лежала под носком. Я сто раз проходил мимо и не видел. Это называют куриной слепотой, кажется. Тварь залегла и не жужжала, когда я проходил мимо, когда толкнул ботинком носок для проверки. Она превратилась в тень и не реагировала на внешние раздражители — просто хотела выжить. Она стала плоской и серой, похожей на носок или грязную тряпочку.